Финансовая
квинтэссенция Федор
Рогач

Торговая война США против остального мира, начатая нынешним президентом Дональдом Трампом, вышла на новый уровень после введения с 24 сентября очередной порции тарифных ограничений на импорт китайских товаров стоимостью 200 млрд долл. в год.

Очевидно, что зеркальный ответ Пекина не заставит себя долго ждать – как это уже было ранее, в середине июня. Тогда стороны «обменялись любезностями», установив пошлины на годовой импорт стоимостью 50 млрд долл.

Таким образом, предполагаемый позитивный эффект от введения пошлин на китайские товары при поставке в США тут же нивелируется ухудшением от ужесточения условий экспорта американской продукции в Китай, за последние годы ставший значимым рынком сбыта для многих отраслей промышленности и сельского хозяйства. И не только у США, но и других стран.

Последствия масштабной торговой войны затронули и металлургию – поскольку одним из ее элементов стало введение 25%-ных таможенных пошлин на импорт в США любой стальной продукции и 10%-ных – для алюминиевой.

Обсудить эти вопросы предполагалось в середине июня в Париже на заседании Глобального форума по избыточному объему стали, созданному в рамках Организации экономического сотрудничества и развития. Но встреча, запланированная на уровне министров экономики и торговли 33 стран, не состоялась из-за усиления торговой напряженности между США и другими государствами.

Как написали западные СМИ, «введение пошлин в 25% на импорт стальной продукции в США изменило настроение участников Глобального форума по стали».

И хотя известная поговорка «хотели как лучше – получилось как всегда» родилась не в Соединенных Штатах, она очень подходит для краткого описания результатов внешнеэкономической политики нынешнего хозяина Белого дома, захотевшего, по его словам, «снова сделать Америку великой».

Авантюризм заключается в том, что просчитать последствия от принимаемых решений никто не может в принципе. Например, обсуждая возможность распространения на сталь из ЕС 25%-ных ввозных пошлин – кто в Вашингтоне мог предположить, что в ответ Еврокомиссия ведет аналогичные пошлины на американские товары годовой стоимостью 2,8 млрд евро? Как можно было просчитать эту сумму, если в самом Брюсселе сначала не знали, как отреагировать?

Или как можно было предвидеть, что австрийская металлургическая группа Voestalpine после введения 25%-ных импортных тарифов на сталь откажется от производства холоднокатаного рулонного проката в США и перенесет его на свое предприятие в Мексику? То же можно сказать и о срыве глобального диалога по сокращению избыточных сталеплавильных мощностей – вряд ли в Белом доме ожидали такого эффекта.

Между тем США, четвертый по величине мировой производитель стали, заинтересованы в такой дискуссии гораздо сильнее, чем большинство других участников форума. К тому же «спасение» американской металлургии провозглашалось как одна из главных целей пересмотра торговой политики Вашингтона в целом.

Но она не достигнута, как следует из статистических данных American Iron&Steel Institute. Так, за июль импорт стального сортового проката в США увеличился на 84% по сравнению с июнем, до 350 тыс. т, импорт плоского проката – на 16% к тому же периоду 2017 г., до 859 тыс. т. В целом за 7 мес. импорт плоского проката снизился всего на 5%. И если ввоз х/к рулонов упал на 22%, то горячекатаных рулонов – наоборот, вырос на 19%.

При этом июльский выпуск проката в США вырос всего на 5,8% к тому же периоду 2017 г., когда торговые ограничения на импорт стали еще не действовали. В целом за 7 мес. показатель увеличился на скромные 4,3% в годовом сравнении, до 55,215 млн т.

Именно этим объясняется, например, июльский рост экспорта в США арматуры из Италии и Испании на 22%. О намерении продолжать поставки слябов на свои прокатные заводы в США, несмотря на 25%-ные пошлины, ранее заявила российская группа НЛМК. Японская Nippon Steel сообщила, что более 90% американских клиентов продолжают покупать ее продукцию даже после того, как были введены 25%-ные тарифы. Поскольку это в основном специализированные продукты – такие как рельсы и бесшовные трубы.

В денежном эквиваленте положительный эффект от введения 25%-ных стальных пошлин Минторг США оценивает в 1,4 млрд долл. Напомним, что одни только ответные торговые ограничения Евросоюза затрагивают американский импорт на 2,8 млрд долл., не говоря уже об ответных мерах со стороны Мексики, Канады, Индии и Китая. Так стоило ли ради этих дополнительных 2,276 млн т устраивать грандиозные разборки с основными экономическими партнерами и заодно крушить основы мировой торговли?

Игорь Воронцов

Источник.