Финансовая
квинтэссенция Федор
Рогач

Ставка была снижена на 0.5 п.п – первое изменение ставки с 27 июля 2023, первое снижение и самое сильное снижение с 16 марта 2020, но что еще более примечательно – одномоментная итерация в сторону понижения на 0.5 п.п и выше за 35 лет были только 4 раза (март 2020, кризис 2008, рецессия 2001 и рецессия начала 90-х).

С последнего заседания ФРС была два набора данных по инфляции и рынку труда.

• Данные по инфляции ухудшились. Средний темп базовой инфляции за два месяца – 0.22% в среднем за месяц, а на июльском заседании ФРС располагала данными, которые демонстрировали 0.11% за два месяца, т.е. темпы выросли вдвое.

• Темпы создания рабочих мест за последние два месяца составили 116 тыс в среднем за месяц, а на июльском заседании данные показывали прирост на 167 тыс, а средний уровень безработицы увеличился до 4.25% vs 4.05%.

По инфляции никого прогресса, даже наоборот – регресс, а по рынку труда плавное ухудшение, хотя более видимая фаза замедления происходит с середины 2023.

Тональность предыдущего заседания ФРС поставила акцент на рынке труда впервые за все время, но без явных сигналов на смягчение, а выступление Пауэлла в Джексон Хоуле вывело актуальность повестки о необходимости смягчения на ближайшем заседании.

Однако, за весь период промежуточных коммуникаций спикеров из ФРС не было смещение баланса в сторону шага на 0.5 п.п.

Рынок облигаций начал «принудительную капитуляцию» с начала сентября, когда по 3-месячным векселям реализовали ход на 0.35 п.п (с 5.1 до 4.76%) и еще 0.25 п.п за 1.5 месяца до этого, т.е. 0.6 п.п уже «вшили» в рынок и 1.1% по однолетним векселям – это и есть таргет для ФРС.

Почему возникло такое расхождение именно с сентября, хотя экономические данные не предвещали ничего подобного? Постепенный «распад» долговых рынков, которые прошли точку равновесия по мере исчерпания буфера устойчивости. Это относится и к рынку трежерис, где стоимость обслуживания долга начала поджимать.

Какая аргументация итерации сразу на 0.5 п.п от ФРС?

• ФРС стремится «перекалибровать» свою политику, уходя от жесткого курса, который был введен для борьбы с высокой инфляцией. Более значительное снижение ставки — это шаг в сторону более нейтральной политики, которая лучше соответствует текущим экономическим условиям.

• Инфляция значительно снизилась с пика в 7% до текущего уровня около 2.5% (не ИПЦ, а PCE). Этот прогресс дал ФРС уверенность в том, что они могут более активно пересматривать свою монетарную политику. Снижение ставки на 0.5 п.п. отражает веру в устойчивость инфляционного снижения и уверенность в том, что инфляция приближается к целевому уровню в 2%.

• Несмотря на то, что рынок труда остается сильным, наблюдается его охлаждение: занятость растет медленнее, а уровень безработицы немного повысился до 4.2%. Замедление роста заработной платы также способствует снижению инфляционного давления. Это дало ФРС пространство для большего снижения ставки без риска резкого повышения инфляции, что могло бы произойти в условиях перегретого рынка труда.

• Риски для достижения двух основных целей ФРС сейчас находятся в относительном балансе. Ранее основным приоритетом было снижение инфляции, однако сейчас, когда инфляция близка к целевым показателям, ФРС может уделять больше внимания поддержанию роста занятости и экономической активности. Более значительное снижение ставки помогает сбалансировать эти приоритеты.

Не стоит рассматривать весьма мерзкое блеяние Пауэлла (опытного шулера и манипулятора), а оценивать нужно действия.

Пауэлл так часто говорил о «необходимости избегать как слишком быстрого, так и слишком медленного изменения политики», что в итоге сделал сильнейший шаг процентной ставки за 35 лет (также или сильнее было в 2020, 2008, 2001 и начале 90-х — всегда, когда были рецессии или кризисы).

Пауэлл на пресс-конференции ясно и последовательно пытался донести, что экономика прекрасна, сильна и устойчива.

«Рост экономики стабильный, инфляция снижается, а рынок труда, как и прежде, на очень высоком уровне», — пытался внедрить Пауэлл.

Говоря о Пауэлле, следует напомнить, что именно он на протяжении всего 2021 года «агрессивно жарил» рынки безостановочной эмиссией от спятившего печатного станка ФРС, раскручивая инфляционную спираль, полностью утратив чувство меры и баланса, создавая шлейф дисбалансов на всех уровнях.

Уже в начале 2021 года инфляционный импульс в несколько раз превосходил нормализованный инфляционный фон, но на все инфляционные выбросы ответы от Пауэлла были универсальными — инфляция временная, обусловленная сочетанием разовых факторов, а следовательно, нет смысла тормозить печатный станок.

Чтобы удержать доверие к ФРС и позиции долларовой финансовой системы, пришлось реализовать агрессивное ужесточение, подняв ставки до максимума с начала нулевых, создавая риски уже другого рода — расщепление долговых рынков, кризис фондирования, экстремальный рост стоимости обслуживания долгов со всеми вытекающими последствиями.

Что же опять не так получилось? Когда рынки были в условиях сильнейшего пампа за всю историю торгов, ФРС посчитала, что можно выбрать ролевую модель «злобной и жесткой ФРС», проводя «бескомпромиссную борьбу с инфляцией». Условия позволяли: акции на хаях, долговые рынки стабильны — что еще надо?

Учитывая долговые риски, логичнее было бы с начала 2024 года корректировать ожидания рынка и ДКП так, чтобы последовательно снижать ставки на 0,25 п.п. на каждом заседании или с паузой в одно заседание.

В реальности все вышло наоборот, так как в июньском прогнозе ФРС фактически отказалась от смягчения ДКП. Если в прогнозе от марта 2024 года план ФРС состоял в снижении ставки до 4.6% в декабре 2024 (0.75 п.п. от 5.5%), то в июньском прогнозе план скорректировался до 5.1% (одно снижение на 0.25 п.п.).

Сентябрьский прогноз вновь сместил ориентир до 4.4% (минимум 1 п.п. снижения), полностью дезавуировав все прошлые нарративы о бескомпромиссности борьбы с инфляцией.

Что мы имеем? Панические метания ФРС: от умеренно жесткой риторики в начале 2024 года к сильно жесткой в середине 2024 года и снова особая мягкость спустя пару месяцев.

Все нарративы про экономику, которые были подсвечены на пресс-конференции 18 сентября, являются чистой манипуляцией и отвлечением внимания.

ФРС снова, как в 2021 году, пропустила тайминг корректирования ДКП: тогда с избыточной мягкостью, сейчас с избыточной жесткостью. Запутались в показаниях.

Источник.