Финансовая
квинтэссенция Федор
Рогач

У России заканчиваются деньги. Президент Владимир Путин идет на стратегический риск, истощая последние резервные фонды Кремля, чтобы обеспечить бюджет и расширяющуюся войну в Сирии одновременно.

Три крупных рейтинговых агентств забили тревогу в последние дни, предупредив, что ситуация с государственными финансами активно ухудшается. Никаких перспектив оживления нефтяной конъюнктуры не существует, пока Саудовская Аравия заливает рынок нефтью. Россия не может занимать деньги за границей по конкурентной стоимости.

Агентство Standard & Poor’s говорит, что бюджетный дефицит вырастет до 4,4% ВВП в этом году, включая дефицит расходов органов местного самоуправления и соцобеспечения. Правительство обязалось предоставить еще 40 миллиардов долларов для спасения банковской системы.

Дефицит такого масштаба является контролируемым для богатых экономик с большими рынками заемных средств. Но для России это совсем иная история посреди резкого падения сырьевых товаров и геополитического противоборства с Западом. На нефть и газ приходится половина бюджета.

«Они не могут себе вообще позволить иметь дефицит бюджета. К концу следующего года в резервном нефтяном фонде совсем не останется денег», — сказал Любомир Митов из Unicredit. Министерство финансов признает, что финансовые средства будут исчерпаны через шестнадцать месяцев при текущей политике».

Алексей Кудрин, бывший министр финансов, сказал, что у Кремля нет возможности получить крупные займы, чтобы выдержать нефтяной спад. Фонд внутренних накоплений ничтожно мал.

Любая попытка привлечь заемные средства у банковской системы усугубит кредитный кризис. Он описал последние попытки выжать больше денег из российских энергетических компаний как «конец».

Г-н Кудрин покинул свой пост в 2011 году в знак протеста против российского военного наращивания, опасаясь, что это поставит государственные финансы на грань. События развиваются так, как он и предполагал.

Россия энергично проводит огромное перевооружение, увеличив расходы на оборону до 5% ВВП и рискуя получить военное перенапряжение, разорившее Советский Союз.

Военные расходы России и основных западно-европейских стран в 1995-2014 гг. Россия — оранжевая линия.

Стокгольмский «Международный институт исследования проблем мира» заявил, что военный бюджет на 2014 год вырос на 8,1% в реальном выражении до 84 миллиардов долларов, при этом Кремль принимает поставку нового боевого самолета дальнего действия Су-34 и зенитно-ракетных комплексов С-400.

Военный бюджет должен увеличиться еще на 15% в этом году, закупка вооружений при этом вырастет на 60%. Это удивительные амбиции в момент, когда экономика находится в глубоком кризисе — она сократилась на 4,6% в последние двенадцать месяцев.

Г-н Путин урезал планы ранее в этом году, но с тех пор восстановил первоначальную цель, сказав на форуме «ВТБ Капитал» на этой неделе, что экономика достигла дна и что «ситуация улучшается».

Дипломаты говорят, что реальность такова, что войны в Сирии и в Украине подрывают бюджет. Крылатые ракеты не дешевы.

Г-н Путин знает, что он не может больше рассчитывать на нефть и газ, запоздало признав, что сланцевые технологии в США угрожают запечатать цены на нефть на десять лет вперед или больше, и что они по сути уничтожили бизнес-модель России, базировавшуюся на нефтемогуществе.

Тогда Кремль начал планировать все заново, исходя из спартанского предположения, что нефть останется на отметке в 50 долларов за баррель в следующие три года.

Но ситуация может оказаться даже хуже. Центральный банк России предупредил в докладе, что для остановки американского сланцевого гиганта потребуется, возможно, цена в 30 долларов. В «сценарии риска» центрального банка говорится о новой эпохе цен на нефть ниже 40 долларов, которая может закрепить текущий экономический кризис. «При этих условиях ВВП может снизиться более чем на 5% в 2016 году», сказано в докладе.

Г-н Путин утверждает, что у него есть сюрприз: Россия вернется к индустриальной независимости и импортозамещению. «Наша политика не заморожена. Она адаптируется к обстоятельствам», — сказал он.

Кремль запускает радикальный план по сокрашению импорта в двадцати ключевых секторах за пять лет, начиная с тяжелого машинного оборудования, электромашиностроения, фотоэлектроники, машин, тракторов, химикатов, фармацевтики, и заканчивая продуктами питания.

Эти цели являются радикальными. Зависимость от иностранных сельскохозяйственных машин и машин для лесного хозяйства должна быть сокращена на 56%, технологий обработки пищевых продуктов — на 53%, и инженерного оборудования — на 34%. Государственные контракты на закупки будут направляться компаниям, которые производят внутри страны, независимо от того, конкурируют ли они по качеству.

Но такой переход стоит денег, которых у правительства нет. Виктор Семенов из группы «Белая Дача» сказал, что его агрохолдинг получает большие субсидии, чтобы выращивать салат в центральной Сибири в Новосибирске, и зависит от обогреваемых теплиц, чтобы защититься от температуры в -20 градусов.

«Мы строим 250 гектаров теплиц в год на моих фермах», — сказал он. Является ли это оправданным, непонятно. Те же самые овощи было бы дешевле импортировать из Турции.

Эксперты по торговле уже качают головой. Такая реакция обычно означает, что страна совсем сбилась с пути, хотя Германии удалось добиться зловещего успеха в 1930-е. «В большинстве случаев, которые мне известны, меры экономической политики по импортозамещению не работали. Они разрушают экономику», — сказал Паскаль Лами, бывший глава Всемирной торговой организации.

У России есть инновационные зоны — демонстрируемые сейчас на сирийском театре военных действий — но машиностроение и производственная база советской эпохи по большей части опустошены вследствие завышенного курса рубля во время сырьевого бума.

Укрепление эффективного валютного курса негативно повлияло на не-нефтяной экспорт.
Синий цвет — не-нефтяной экспорт (в процентах ВВП, правая шкала)
Красный цвет — эффективный валютный курс

Это является хрестоматийным примером «голландской болезни». Многие из лучших инженеров и технических специалистов эмигрировали из страны в рамках хронической утечки мозгов. Российские экономисты говорят, что далеко не очевидно, что страна сможет вдруг сделать пируэт и начать сама изготавливать оборудование.

Владислав Иноземцев из «Центра исследований постиндустриального общества» в Москве сказал, что вероятным результатом станет возвращение к автаркии и упадок со скатыванием в нищету, что закончится уходом из глобальной торговой системы. «Этот метод ведет нас к квази-советской экономике, оторванной от мира, и в то же время гордящейся своей автаркией; к ухудшению экономики, когда вездесущая пропаганда компенсирует падение уровня жизни», написал он.

Г-н Путин рассчитывает на 50-процентную девальвацию с начала 2014 года для восстановления потерянной конкурентоспособности и подстегивания возрождения промышленного производства. После того, как он в течение десятилетия поддерживал разрушительно сильный рубль, он теперь полюбил эффективность слабой валюты с энтузиазмом новообращенного.

Олег Дерипаска, глава алюминиевой группы «Русал», сказал, что это выдавание желаемого за действительное — предполагать, что дешевый рубль сможет дать толчок экономике, попавшей в сети забюрократизированности, которой требуется коренное реформирование и верховенство закона.

Показатель регулирования товарного рынка: барьеры для торговли и инвестиций (Россия выделена красным)

«Нам нужно перестать смотреть на обменный курс валюты и подумать об экономической политике, которая нам действительно необходима. Никто не станет занимать под 12 процентов в твердой валюте, чтобы инвестировать», — сказал он.

Главным следствием стало сжимание российской экономики в глобальном смысле. «ВВП составлял 2,3 триллиона долларов на пике. Теперь это 1,2 триллиона долларов, и я боюсь, что мы возвращаемся к уровню 1998 года, когда он составлял 700 миллиардов долларов», — сказал он.

Это будет меньше Голландии (850 миллиардов долларов) или половина размера ВВП Техаса (1,4 триллиона долларов) — впечатляющее положение вещей для страны, борющейся за статус военной супердержавы в Европе и на Ближнем Востоке.

Игорь Сечин, глава нефтяного гиганта «Роснефть», сказал, что девальвация является неверной стратегией, добавив язвительно, что если уменьшение вполовину стоимости рубля с 30 до 60 по отношению к доллару было положительным, то почему бы тогда не продолжить и не довести курс до 100. «Разве это не мечта?» — сказал он.

В некотором смысле у г-на Путина небольшой выбор. Он не может позволить себе сжечь все золотовалютные резервы, чтобы поддержать рубль. Они уже уменьшились с 520 миллиардов до 371 миллиарда долларов. Агентство Standard & Poor’s заявило, что две пятых этих денег предназначены для других целей и их нельзя считать «полезными».

Эти резервы выглядят большими на бумаге, но они близки к минимальному безопасному уровню для поддержания доверия и покрытия выплат внешних долгов российских компаний, которые равны 12-15 миллиардам долларов в квартал.

Ясно то, что попытка России переродиться в промышленного тигра займет годы, чтобы принести свои плоды, если это вообще возможно. Первые данные выглядят удручающе, хотя компания Ford и объявила, что она начнет изготавливать двигатели для модели Fiesta на своем совместном российском предприятии в Елабуге позднее в этом году.

Не-нефтяной экспорт упал на 25% в третьем квартале. «Это яркая иллюстрация глубокого спада в экономике и отсутствия конкурентоспособности», — сказал Эльдар Вахитов из BNP Paribas.

«Теоретически слабость рубля должна была поддержать конкурентоспособность не-нефтяного экспорта; в реальности же она совсем не помогла», — сказал он. Запасы капитала в России так сильно размыты, что девальвация может просочиться в повышение цен и «стагфляцию» без поднятия производительности.

Эльвира Набиуллина, управляющая центральным банком, сказала, что свободное колебание курса рубля действовало как «амортизатор», когда начался кризис. Это непременное условие для подъема экономики, но недостаточное само по себе без глубоких реформ. «Нам придется проглотить горькую пилюлю», — сказала она.

Разница роста реального ВВП в отношении докризисного периода (в процентах), Россия выделена красным

Вызывает тревогу то, что у компаний произошло увеличение неожиданной прибыли почти на 40% в этом году в результате девальвации, но инвестиции сократились на 6,7%. Вместо этого компании выплачивают свои долги и готовятся к худшему. «Почему они не инвестируют? Это основной вопрос для экономической политики в России», — сказала она на форуме «ВТБ Капитал».

Опросы показывают, что г-н Путин сохраняет популярность, но кризис только начал действовать в полную силу, и Путин больше не сможет откладывать выбор между пушками и маслом. Реальные доходы снизились на 9,8% за последний год. Цены на продукты выросли на 17%.

Иван Стариков, бывший заместитель министра экономики, сказал, что реальная инфляция близка к 30%. «Мы быстро приближаемся к фатальной отметке, когда 50% доходов средней российской семьи будет уходить на продукты питания. Мы снова стали страной неимущих», — сказал он.

Эмброуз Эванс-Притчард, Москва