П.Кругман. Уроки из популистского прошлого Латинской Америки

Уроки из популистского прошлого Латинской Америки

ФОТО VICTOR RUIZ CABALLERO/THE NEW YORK TIMES Собор Сантьяго де Ло Васкес в городке Касабланка – популярная туристическая достопримечательность Чили.

ПРЕДЫСТОРИЯ. «САХАРНАЯ ЭЙФОРИЯ» ЭКОНОМИКИ После избрания Дональда Трампа президентом фондовый рынок США рос хорошими темпами, а в январе среднее значение индекса Доу Джонса для промышленных компаний впервые превысило 20 000 пунктов. Некоторые аналитики объясняют энтузиазм участников рынка ожиданиями, что администрация Трампа создаст благоприятную для бизнеса среду. Тем не менее сумбурное поведение Трампа поставило эти ожидания под сомнение. На рынках наблюдался резкий спад, когда президент подписал указ, запрещающий въезд в США выходцам из ряда мусульманских стран. Инвесторы озабочены прецедентом, созданным первыми шагами Трампа, поскольку они указывают на его решимость выполнить популистские предвыборные обещания, невзирая на вред, который они могут нанести экономике. «Нынешний подъем на рынках и всплеск оптимизма в ретроспективе будут восприниматься как приступ «сахарной эйфории», которая бывает, если съесть много сладкого, – написал в Washington Post бывший министр финансов Ларри Саммерс. – Новый президент будет опираться на слабую политическую базу и вряд ли сможет добиться тех результатов, которые он обещал своему ключевому электорату, он также склонен к опасным авантюрам на международной арене. Вполне вероятно, что наступит разочарование и начнет расти недовольство». 27 января корреспондент Financial Times Кардиф Гарсия написал статью, в которой попытался разобраться, насколько политика Трампа напоминает поведение лидеров-популистов прошлого. «Участникам рынка следует быть осторожнее, – написал он. – Как только растущие издержки такой популистской политики станут слишком большими, чтобы их игнорировать, инвесторы, сделавшие ставку на рискованные активы, сбегут. Кейнс говаривал, что рынок может вести себя иррационально гораздо дольше, чем вы можете оставаться платежеспособным. Для современных инвесторов вопрос заключается в том, смогут ли они сохранять бдительность дольше, чем рынки будут игнорировать провальную политику».


Кардиф Гарсия из Financial Times недавно написал отличную статью, в которой попытался определить, что может произойти с экономикой при президенте Трампе, опираясь на классическую работу Дорнбуша–Эдвардса о макроэкономическом популизме в Латинской Америке.
Гарсия отмечает, что увеличение госрасходов и принудительное повышение зарплат приводят к временной «сахарной эйфории», за которой следует крах. Это хорошая идея, но, боюсь, она может ввести в заблуждение, поскольку Трамп не настоящий популист, он просто притворяется им на телевидении.

Эссе Дорнбуша и Эдвардса (его можно прочитать тут: bit.ly/2krfoYn) написано на примерах из правления Сальвадора Альенде в Чили и президента Алана Гарсии в Перу. Если бы они решили освежить свое исследование, то стоило бы взглянуть на недавние события в Аргентине, Венесуэле и других странах региона. Однако насколько релевантны эти примеры для Америки Трампа?

Альенде, например, был настоящим популистом, который всерьез пытался повысить зарплаты и резко увеличил расходы. На графике показана динамика расходов чилийского правительства в процентах от ВВП на протяжении его правления в начале 1970-х.

Это огромный рост, в США это означало бы ежегодное увеличение расходов на 1 трлн долл.

Разве Трамп намерен сделать нечто подобное? Он назначил правительство плутократов, в котором министр труда решительно против повышения минимальной зарплаты. Он говорит о развитии инфраструктуры, однако его план предусматривает лишь налоговые вычеты для частных инвесторов, что не предполагает больших госрасходов, даже если вычеты действительно простимулируют новые инвестиции (в отличие от дотаций на инвестиции, которые были бы сделаны в любом случае).

Трамп действительно настроен увеличить дефицит, но только за счет налоговых льгот для американских богачей. А вот выплаты беднякам и представителям среднего класса будут урезаны дичайшим образом.

Государственные расходы в Чили

Почему же тогда кто-то считает Трампа «популистом»? Все дело в его эмоциональности и готовности выступить против зазнавшихся либеральных элитистов (и, конечно же, оправдать расизм рабочего класса, считающего себя солью земли). Возможно, мы увидим какие-то протекционистские меры, но совершенно нет намеков на то, что экономическая программа президента будет похожа на тот популизм, который мы наблюдали за рубежом.

В таком случае стоит ли рассчитывать хотя бы на «сахарную эйфорию» от популизма? Думаю, бум, вызванный снижением налогов, возможен, но с точки зрения расходов особого стимулирования не будет.

КОММЕНТАРИИ ЧИТАТЕЛЕЙ С САЙТА NYTIMES.COM

Человек из народа, но только в теории

Я считаю, что люди неправильно понимают истинное значение слова «популизм». Этот термин обычно используется, чтобы дать характеристику движению или описать сочетание стиля и идеологии.

Согласно большинству определений, популизм возможен при определенных взаимоотношениях народа и элит, когда народ состоит из трудолюбивых, честных граждан, а элиты коррумпированы и служат только своим интересам. Популисты используют эту идею, чтобы заработать политический капитал, обычно позиционируя себя как защитников прав и интересов простых людей.

В целом популизм это не идеология, но он может сочетаться с разными идеологиями, поэтому к нему прибегают партии из разных частей политического спектра. Более того, популизм может выглядеть как движение, возглавляемое обычными людьми, но такие движения редко имеют естественное происхождение. Например, в Латинской Америке политические и экономические элиты зачастую разжигают популистские страсти ради собственной выгоды.

Президент Трамп может быть частью элиты, но он позиционирует себя как лидера, борющегося за простой народ, даже если он просто манипулирует.

– H.C., Франция

Трамп бросает вызов зазнавшейся либеральной элите, но при этом с радостью дружит с зазнавшейся консервативной элитой, у которой гораздо больше денег, чем у либералов.

– S., Новая Зеландия

Г-н Кругман, я опасаюсь, что ваш анализ политики более не является точным, поскольку он основан на предположении, что правительство дееспособно. Однако правительство США уже лет шесть как недееспособно.

Мы не можем назначить судей Верховного суда, половина штатов отказывается обеспечивать расширенный доступ к здравоохранению, а новый президент фактически не пользуется поддержкой большинства населения.

– J., Нью-Йорк

Трамп больше похож на аргентинского диктатора Хуана Перона, чем на любого другого лидера. Он сторонник протекционизма, опирается на поддержку сельских жителей и способен нанести вред своей стране.

– Sean, Вашингтон,

округ Колумбия

 

Источник.


 

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий