Грядущий глобальный технологический перелом

Грядущий глобальный технологический перелом

Сегодняшний режим международной торговли не был разработан для мира данных, программного обеспечения и искусственного интеллекта. Уже под серьезным давлением со стороны встающего Китая и негативной реакции на гиперглобализацию, он совершенно неадекватен для решения трех основных проблем, которые ставят эти новые технологии.

КЕМБРИДЖ. Имеющийся у нас режим международной торговли, выраженный в правилах Всемирной торговой организации и других соглашениях не от мира сего. Он был разработан для мира автомобилей, стали и текстиля, а не для мира данных, программного обеспечения и искусственного интеллекта. Уже под серьезным давлением со стороны подъема Китая и негативной реакции на гиперглобализацию, он совершенно неадекватен для решения трех основных проблем, которые ставят эти новые технологии.

Во-первых, это геополитика и национальная безопасность. Цифровые технологии позволяют иностранным державам взламывать промышленные сети, проводить кибершпионаж и манипулировать социальными сетями.

Россию обвиняют во вмешательстве в выборы в США и других западных странах с помощью фейковых новостных сайтов и манипуляций в социальных сетях. Правительство США приняло жесткие меры против китайского гиганта Huawei из-за опасений, что связи компании с китайским правительством сделают ее телекоммуникационное оборудование угрозой безопасности.

Во-вторых, есть опасения по поводу личной жизни. Интернет-платформы могут собирать огромные объемы данных о том, что люди делают в сети и вне ее, и в некоторых странах действуют более строгие правила, чем в других, чтобы регулировать, что они могут с этим делать.

Европейский Союз, например, ввел штрафы для компаний, которые не могут защитить данные жителей ЕС.

В-третьих, это экономика. Новые технологии дают конкурентное преимущество крупным компаниям, которые могут накопить огромное влияние на мировом рынке. Экономия на масштабе, а также сетевые эффекты приводят к тому, что победитель получает все, а меркантилистская политика и другие правительственные практики могут привести к тому, что некоторые фирмы получат то, что выглядит как несправедливое преимущество.

Например, государственная слежка позволила китайским фирмам накапливать огромные объемы данных, что, в свою очередь, позволило им захватить мировой рынок распознавания лиц.

Обычным ответом на эти вызовы является призыв к большей международной координации и глобальным правилам. Международное сотрудничество в области регулирования и антимонопольная политика могут привести к появлению новых стандартов и механизмов их соблюдения.

Даже там, где действительно глобальный подход невозможен — например, из-за того, что в авторитарных и демократических странах существуют глубокие разногласия по поводу конфиденциальности, — демократии все еще могут сотрудничать между собой и разрабатывать общие правила.

Преимущества общих правил очевидны. В их отсутствие такие практики, как локализация данных, требования к локальным облакам и дискриминация в пользу национальных чемпионов, создают экономическую неэффективность, поскольку они сегментируют национальные рынки. Они уменьшают прибыль от торговли и не дают компаниям воспользоваться преимуществами масштаба. И правительства сталкиваются с постоянной угрозой того, что их правила будут подорваны компаниями, работающими в юрисдикциях с более слабыми правилами.

Но в мире, где у стран разные предпочтения, глобальные правила — даже если они осуществимы — неэффективны в более широком смысле. Любой глобальный порядок должен уравновешивать выгоды от торговли (максимальные при гармонизации регулирования) с выгодами от разнообразия регулирующих органов (максимальными, когда каждое национальное правительство полностью свободно делать то, что хочет). Если гиперглобализация уже оказалась хрупкой, то отчасти это связано с тем, что политики ставили выгоды от торговли выше, чем выгоды от разнообразия регулирования. Эту ошибку не следует повторять с новыми технологиями.

Фактически, принципы, которыми должно руководствоваться наше мышление о новых технологиях, не отличаются от принципов для традиционных областей. Страны могут разрабатывать свои собственные нормативные стандарты и определять свои собственные требования национальной безопасности. Они могут делать все, что требуется для защиты этих стандартов и своей национальной безопасности, в том числе посредством торговых и инвестиционных ограничений. Но у них нет права интернационализировать свои стандарты и пытаться навязать свои правила другим странам.

Подумайте, как эти принципы применимы к Huawei. Правительство США не позволяло Huawei приобретать американские компании, ограничивало свою деятельность в США, инициировало судебные разбирательства против высшего руководства, оказывало давление на иностранные правительства, чтобы они не работали с ним, а совсем недавно запретило американским компаниям продавать чипы цепочке поставок Huawei в любой точке мира.

Существует мало свидетельств того, что Huawei занималась шпионажем от имени правительства Китая. Но это не значит, что этого не будет в будущем. Западные технические эксперты, изучавшие код Huawei, не смогли исключить такую ​​возможность. Непрозрачность корпоративной практики в Китае может скрыть связи Huawei с китайским правительством.

В этих обстоятельствах у США — или любой другой страны — есть убедительный аргумент в области национальной безопасности, чтобы ограничить операции Huawei в пределах своих границ. Другие страны, включая Китай, не могут оспаривать это решение.

Однако запрет на экспорт для американских компаний сложнее оправдать соображениями национальной безопасности, чем запрет на деятельность Huawei в США. Если операции Huawei в третьих странах представляют риск для безопасности этих стран, их правительства лучше всего могут оценить риски и решить целесообразно ли отключение.

Более того, запрет США создает серьезные экономические последствия для других стран. Это создает серьезные неблагоприятные последствия для национальных телекоммуникационных компаний, таких как BT, Deutsche Telekom, Swisscom, и других в не менее чем 170 странах, которые полагаются на комплекты и оборудование Huawei. Возможно, больше всего пострадают бедные страны Африки, которые в значительной степени зависят от более дешевого оборудования компании.

Короче говоря, США могут закрыть свой рынок для Huawei. Но усилиям США по интернационализации своих внутренних репрессий не хватает легитимности.

Дело Huawei — предвестник мира, в котором национальная безопасность, конфиденциальность и экономика будут взаимодействовать сложным образом. Глобальное управление и многосторонность часто терпят неудачу как по хорошим, так и по плохим причинам. Лучшее, что мы можем ожидать — это лоскутное одеяло регулирующих органов, основанное на четких основных правилах, которые помогают странам отстаивать свои ключевые национальные интересы, не экспортируя свои проблемы другим. Либо мы сами создадим это лоскутное одеяло, либо волей-неволей получим грязную, менее эффективную и более опасную его версию.

 

Дэни Родрик

 

 

Источник.


 

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий