Что уникального останется в людях через несколько десятилетий?

что уникального останется в людях через несколько десятилетий?

Через несколько десятилетий искусственный интеллект превзойдет нас во многих сферах, которые мы считаем особенными для себя. Это большой вызов для нашей эпохи, считает исследователь Виктор Майер-Шонбергер, который может потребовать «иррационального» ответа. В начале 2017 года одна из самых важных новостей в США поступила не из Белого дома и даже не из Твиттера Дональда Трампа. Нет, она была спрятана в отчете, поданном в Калифорнийский департамент автомобильных транспортных средств и размещенном на его веб-сайте.

В нем подробно описывались усилия Google (или, точнее, ее дочерней компании Waymo) по реализации автономных автомобилей. Согласно отчету, в 2016 году самоуправляемые автомобили Google проехали 1 023 330 километров и потребовали вмешательства человека 124 раза. Это одно вмешательство на каждые 8047 километров самоуправляемой езды. Что еще больше впечатляет, так это прогресс, проделанный всего за один год: вмешательство человека сократилось с 0,8 раза на тысячу миль до 0,2, что означает улучшение на 400%. С таким прогрессом автомобили Google легко превзойдут личные навыки любого водителя уже к концу этого года.

Когда-то вождение считалось исключительно человеческим навыком. Но то же самое мы говорили и про шахматы. И вот компьютер неоднократно обыгрывает чемпиона мира по шахматам. Стратегическая настольная игра го переняла у шахмат титул лакмусовой бумажки человеческого мышления. В 2016 году компьютер обыграл лучшего в мире игрока в го. Watson от IBM преуспел в Jeopardy — которая тоже считалась вотчиной людей — и в настоящее время занимается выявлением раковых родинок и приготовлением креативных рецептов, среди прочих вещей.

ручной конвейер

Компьютеры завоевывают сферы, которые раньше считались глубоко человеческими. Которые требуют знаний, стратегии, творчества. Что это значит для человека, который окажется в будущем?

Некоторые опасаются, что самоуправляемые автомобили и грузовики могут вытеснить миллионы профессиональных водителей (и они правы) и разрушить целые отрасли промышленности (именно так). Но стоит переживать о детях. Какими будут их места в мире, где машины будут перенимать у людей одну отрасль за другой? Чем будут заниматься наши дети и как они будут относиться к этим умнеющим машинам? Каким будет их вклад в мир, в котором они живут?

Наши дети никогда не смогут считать быстрее, решать математические уравнения быстрее машин. Они никогда не будут быстрее печатать, лучше водить, безопаснее летать. Они могут играть в шахматы со своими друзьями, но из-за машин у них уже не будет шансов стать лучшим шахматистом планеты. Возможно, они по-прежнему будут учить разные языки (как и сейчас), но в будущем это не будет иметь никакого смысла и не предоставит никакого конкурентного преимущества, учитывая последние достижения машинного перевода в режиме реального времени.

Собственно, все сводится к довольно простому вопросу: что в нас такого особенного, в чем наша последняя ценность? Вряд ли это будут навыки вроде арифметики или печатания, в которых машины уже превзошли нас. И вряд ли это будет рациональность, поскольку машины лишены всех этих пристрастий, предрассудков и эмоций, которые есть у нас.

Возможно, нам стоит рассмотреть качества на другом конце спектра: радикальное творчество, иррациональную оригинальность, даже дозу простого нелогичного сумасшествия, а не жесткую логику. Немного Кирка вместо Спока. До сих пор машинам было очень трудно подражать этим качествам: безумным прыжкам веры, достаточно произвольным, чтобы их мог предсказать робот, не говоря уже о простой случайности. Их проблема — наша возможность.

Я не предлагаю отказаться от разума, логики и критического мышления. На самом деле, именно потому, что мы так ценим те ценности, которые связываем с рациональностью и здравомыслием, нам стоит немного ценить и противоположное.

автоматический конвейер

И я не луддит, а совсем наоборот. Видите ли, если мы продолжим совершенствовать машины, обрабатывающие информацию, и сделаем так, чтобы они адаптировались и учились в каждом взаимодействии с миром, на каждом бите данных, поступающих к ним, мы вскоре обзаведемся полезными рациональными помощниками. Они позволят нам преодолеть некоторые из наших человеческих ограничений в области перевода информации в рациональные решения. И они будут становиться все лучше и лучше.

Поэтому мы должны стремиться к тому, чтобы человеческий вклад в это разделение труда дополнял рациональность машин, а не конкурировал с ними. Потому что это всегда будет отличать нас от них, и именно это отличие будет создавать нашу ценность.

И если я прав, мы должны способствовать развитию творческого мышления, иррациональных решений, необычных идей. Не потому что нерациональность — это блаженство, а потому что доза нелогичного творчества дополнит рациональность машины. Она сохранит нам место на полке эволюции.

К сожалению, наша система образования выстраивается совершенно противоположным образом. Подобно крестьянам, придерживающимся доиндустриального мышления, наши школы и университеты выстраиваются таким образом, чтобы выпускать послушных слуг рациональности и развивать устаревшие навыки взаимодействия с устаревшими машинами.

Если серьезно отнестись к проблеме, которую представляют машины, нам придется менять это, и довольно скоро. Конечно, нам придется учиться рациональности на основе фактов и тому, как лучшие факты приводят к лучшим решениям. Нам нужно помочь нашим детям научиться работать с самыми умными из машин, чтобы улучшить свое принятие решений. Но больше всего нам следует учитывать долгосрочную перспективу: даже если компьютеры превзойдут нас, мы останемся самым творческим зданием в городе, если только совершенно не подавим этот аспект человечности в себе.

Возможно, это наш шанс остаться на узкой дорожке эволюции.

Илья Хель

 

Источник.


 

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий