Что не так с монетарной политикой НБУ

Что не так с монетарной политикой НБУ

Правление Нацбанка определилось с принципами денежно-кредитной политики на следующий год. В проекте все в рамках привычной риторики регулятора: инфляционное таргетирование, плавающий курс, сглаживание чрезмерных колебаний на валютном рынке и наращивание ЗВР. Основным своим инструментом НБУ считает учетную ставку, а вопрос экономического роста последовательно обходит стороной.

Проблема только в том, что все эти планы правления должен утвердить Совет НБУ, который рассмотрит концепцию в 20-х числах декабря. При Нацбанке существует еще один орган — Общественная коллегия, созданная первым послереволюционным главой Нацбанка Степаном Кубивом. Совет НБУ на совместном с Колегией заседании попросил ее членов покритиковать предложения команды Гонтаревой. От Совета на нем присутствовали только Богдан Данилишин и Василий Фурман. Сам Нацбанк представляли зам Гонтаревой Яков Смолий и замдиректора монетарного департамента Владимир Лепушинский.

«Минфин» публикует основные замечания членов Колегии и ответы на них представителей Нацбанка.

Общественники критикуют

Ярослав Колесник

Ярослав Колесник, Ассоциация «Украинский кредитно-банковский союз»

Денежно-кредитная политика должна оказывать на экономику не только стабилизирующее, но и стимулирующее влияние. Сейчас в концепции монетарной политики НБУ этого мало. Стабилизировать ситуацию – это одно. Но должен быть и рост. Этого в планах Нацбанка нет.

Что касается курса, то я вижу здесь некую подмена понятий. Мы говорим, что у нас не будет четкого понимания уровня обменного курса и при этом декларируем режим инфляционного таргетирования. В документе есть термин «чрезмерное колебание курса». Но кто и каким образом определяет чрезмерное колебание или нет? Каков механизм оценки чрезмерности колебаний? Мы этого не видим.

Кроме того, в приоритетах на 2017 год очень мало внимания уделено развитию банковского сектора. НБУ пишет, что речь идет об «укреплении банковской системы» и о «защите прав кредиторов». Во втором случае здесь мало что зависит от самого регулятора. По укреплению банковского сектора – мне кажется, что за последние два года мы его уже достаточно укрепили. Пора делать что-то конкретное для развития. В стратегии Нацбанка мы этого не видим. И это (развитие) опять же противоречит принципам инфляционного таргетирования: НБУ говорит, что будет проводить жесткую политику для достижения инфляционных целей. По сути, это означает, что в случае какой-либо угрозы, Нацбанк перекроет любые возможности для развития банковского бизнеса.

Герман Паникар

Герман Паникар, глава общественного совета при Фонде гарантирования вкладов физлиц

По документу возникло достаточно много вопросов. Первое. «Ценовая стабильность», как основная цель регулятора звучит неубедительно. Мне, как вкладчику, как потребителю, хотелось бы видеть цели по экономическому росту.

Второе. Я понимаю, что Нацбанк – это независимый орган. Но все же я не понимаю, как он будет взаимодействовать с правительством. Об этом в документе ничего не сказано, хотя хотелось бы увидеть по этому вопросу отдельный раздел.

В документе фигурирует ценовой показатель – в 2019 году инфляция достигнет 5%. Почему именно 5%? Обоснования этой цифры нет в принципе. К тому же, если мы говорим о макроэкономической стабильности и развитии экономики, то 5% инфляции – это много. Потому что для инвестора это означает, что в Украине должны быть проекты, доходность по которым измеряется двумя цифрами. Это сверхпоказатели, особенно, если к инфляции добавить риски и норму прибыли.

Откуда НБУ взял, что в 2017 году у нас будет высокий внутренний спрос, рост инвестиционной активности и расширение инвестиционного экспорта? Все это выглядит слишком оптимистично. Но Нацбанк при этом не уточняет, что будет и как изменится его политика, если что-то пойдет не так. Будет ли НБУ использовать другие монетарные режимы или мы навсегда связаны с инфляционным таргетированием, даже если в экономике наступит полный коллапс? Из документа совершенно непонятно, как Нацбанк намерен достигать заявленных целей по стабилизации банковской системы и финсектора.

Защита кредиторов – об этом пишет НБУ как об одном из своих заданий. Но что конкретно собирается сделать регулятор для его выполнения? До сих пор в этом смысле Нацбанк трудно назвать защитником прав кредиторов. Он выполняет задания МВФ, да. Но о защите кредиторов банков речь заходит далеко не всегда.

НБУ говорит, что в Украине сложились все условия для перехода на инфляционное таргетирование. Но из 4 факторов, которые указывает Нацбанк, наиболее развиты техническая инфраструктура и инстуциональная независимость Нацбанка. Это считается основным. Остальные два момента – структура экономики и состояние финансового сектора недостаточно развиты и по сути не готовы к такой политике. Но в НБУ находят это не слишком важным.

И последнее. Доволен ли НБУ качеством статистики? Из документа этого понять нельзя. Но статистика, учитывая первостепенное значение инфляции играет ключевую роль. Что будет делать Нацбанк, чтобы ее улучшить и будет ли делать что-то вообще? Нам об этом ничего не говорят.

Виталий Шапран

Виталий Шапран, Ассоциация финансовых аналитиков Украины

В документе нет ни слова об экономическом росте. Можно же поступить, как банк Англии, для которого главной целью остается инфляция, но к этому добавляется второй параметр – рост ВВП. И все это при условии, если достижение этих целей не угрожает стабильности национальной валюты Англии – фунта. То есть такие компромиссы вполне возможны.

Мне вообще не очень понравилась формулировка Нацбанка про валютный курс. Из нее следует, что курс может быть любым. Но это не так. В 2015 году процентов 80 наших банков имело отрицательный капитал. Они просто не могли бы работать при курсе 35 или 40 гривен за доллар. Этот момент нужно, как минимум, как-то перефразировать. Нужно дать понять населению и банкам, что курс не может быть каким угодно и что есть некие ориентиры. Это может быть, скажем, среднегодовой курс или курс, заложенный в бюджет.

В документе говорится, что учетная ставка – это главный монетарный инструмент НБУ. И я с этим согласен. Но если мы посмотрим на реалии, то мне не очень понятно, как у нас учетная ставка связана с кредитным рынком. Ставка сейчас 14%. Но вот недавно была публичная сделка: Укргазбанк выдал кредит Аграрному фонду под 21,5% годовых. Что будет делать Нацбанк для того, чтобы приблизить учетную ставку к реальности? В документе мы этого не видим. Как этот разрыв преодолеть – Нацбанку это тоже нужно отдельно объяснить.

При этом, если мы сделаем так, как когда-то сделал президент одной соседней с нами страны, который собрал банкиров и сказал, какими должны быть ставки, то ничего хорошего с этого не получится. Мы видим, как сейчас эмиссиями лечат ВЭБ, ВТБ и проч. Нам нужен рыночный механизм, который сделает ставки приемлемыми и для промышленников и для банкиров.

Нацбанк отвечает

Владимир Лепушинский

Владимир Лепушинский, замдиректора Департамента монетарной политики и экономического анализа НБУ

Хотел бы отметить, что этот документ действительно сконцентрирован на ценовой стабильности. Опыт многих государств мира свидетельствует, что им удалось стабилизировать свои экономические показатели только после достижения стабильности в ценах. Деньги – это очень специфический товар, у них нет внутренней стоимости. Поэтому нельзя насыщать экономику деньгами без возврата доверия к ним.

По поводу экономического развития – Нацбанк в этом смысле действует сообща с Кабинетом Министров. Но главное для нас – это чтобы меры по стимуллированию экономического роста не навредили ценовой стабильности. Доверие к национальной валюте – это вещь, которая нарабатывается годами, но очень быстро теряется. Поэтому приоритет для нас именно в этом.

Какие конкретные достижения у нас есть благодаря режиму инфляционного таргетирования? Во-первых, мы добились того, что инфляция действительно снижается. Хотя и результаты могли бы быть лучше. Но такой подход сделал нашу политику более системной. Каждое решение по учетной ставке (а это сейчас основной наш монетарный инструмент) обосновано инфляционными целями. Для этого мы усилили наши аналитические и прогнозные инструменты.

И мы видим, что рынок оживает. Возобновляется интерес к рынку ценных бумаг, постепенно возрождается кредитование (хотя и этот процесс пока довольно слаб), в банковскую систему возвращаются депозиты. То есть мы все-таки можем говорить о некотором развитии. В третьем квартале экономический рост в Украине составил 1,8%. Все это – результат макроэкономической стабилизации. В следующем году при сохранении этих тенденций рост ускорится, в том числе благодаря инвестиционной составляющей. Об этом мы можем говорить исходя из того, что действия Нацбанка высоко оцениваются международными инвесторами.

Василий Фурман

Василий Фурман, член Совета НБУ

Мы понимаем, что денежно-кредитную политику Нацбанка многие хотят видеть ориентированной на экономический рост. Но нельзя забывать и о рисках. Эмиссия, которую нам предлагают, может привести к валютной дестабилизации. И таких проблем и рисков очень много. Если говорить о просрочке, то поверьте, новые законы полностью изменили бы ситуацию на рынке. Ликвидность банковской системы – это, тем не менее, не такие большие деньги. В экономику Украины нужно инвестировать десятки миллиардов.

И здесь я хотел бы посоветовать членам общественного совета НБУ больше работать с советом при Минэкономики. Потому что денежно-кредитная политика – это одно. Но нам нужна комплексная программа изменений, это вопрос законодательства и новой экономической политики, частью которой должны быть и действия Нацбанка.

 

Источник.


 

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий