5 причин, почему мегарегулирование финрынка в Украине преждевременно

 5 причин, почему мегарегулирование финрынка в Украине преждевременно

В последнее время законопроект №2413а «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины относительно консолидации функций по государственному регулированию рынков финансовых услуг», больше известный как «Закон Про Сплит» снова стал на повестку дня.

Фактически законопроект предлагает существующую секторальную модель регулирования и надзора в финансовом секторе заменить на кросс-секторальную, передав регуляторные и надзорные функции НБУ.

Неудивительно, что подобная серьезная реформа финансового рынка вызывает обеспокоенность со стороны многих участников рынка. Многие финансовые компании, проводя аналогию с недавним реформированием банковского сектора, считают, что данная реформа приведет к ликвидации многих компаний и отразится на потребителях.

Есть и те участники рынка, которые поддерживают создание мегарегулятора на базе НБУ, считая, что данная реформа выгодна с точки зрения механического сокращения субъектов, сужения конкуренции и возможности некой монополизации рынка.

В любом случае, общим знаменателем многочисленных дискуссий относительно СПЛИТа стоит вопрос целесообразности и своевременности создания в Украине мегарегулятора.

Анализ мировой практики говорит о том, что для создания мегарегулятора должны быть определенные экономические и рыночные предпосылки.

Во-первых, базовыми причинами создания финансового мегарегулятора в некоторых странах Западной Европы являются: появление новых финансовых продуктов, проникновение участников рынка на смежные сегменты, универсализация финансовых компаний. В 1990-х годах из-за введения новых нормативов достаточности капитала согласно Базелю 1, по причине слишком дорогого кредитования банки в поиске новых источников дохода начали проникать на смежные рынки, а небанковские финансовые учреждения — в традиционную банковскую сферу.

Универсализация компаний и размывание границ секторов финансового рынка требовала адекватного контроля со стороны государства и перехода на кросс-секторальные модели регулирования и надзора.

Украинский финансовый рынок не знает универсальных финансовых компаний, соответственно, говорить о необходимости перехода на кросс-секторальную модель надзора не приходится.

Во-вторых, одной из основных причин, повлекших к созданию мегарегулятора в некоторых странах с развитым уровнем финансового рынка, стали процессы поглощения и слияния крупных участников финансового рынка.

К примеру, вопрос необходимости более эффективного надзора возник в ФРГ в 2000 году как следствие слияния на рынке крупной страховой компании Allianz AG с банком Dresdner Bank AG. Оптимальным решением проблемы такого корпоративного слияния представилось создание мегарегулятора и в 2002 году в ФРГ было создано Федеральное управление финансового надзора Германии (BaFin) путем слияния трех секторальных ведомств надзора (в банковской сфере, сфере страхования и сфере ценных бумаг). Создание BaFin было обусловлено рыночными процессами и стало естественной реакцией государства.

На украинском финансовом рынке не наблюдается крупных корпоративных поглощений и слияний участников со смежных секторов.

В-третьих, перед многими странами Запада проблема изменения модели надзора возникла с появлением на рынке крупных финансовых групп. Их влияние на фондовый, страховой, банковский рынки стало весьма значительным и возник вопрос, какой орган осуществляет надзор за такими участниками рынка с учетом рисков их деятельности.

Финансовый рынок Украины имеет весьма простую структуру и не представлен крупными финансовыми институтами.

В-четвертых, мировая практика свидетельствует, что проведение реформ на финансовых рынках состоит из нескольких этапов, которые вводятся постепенно, на протяжении нескольких лет, с учетом специфики рынка и с целью минимизации негативных экономических и социальных последствий.

В Украине же, предлагается пойти от обратного – передать НБУ регуляторные и надзорные функции за большой частью небанковского рынка, и только затем унифицировать подход к осуществлению надзора за довольно разными участниками рынка.

К слову, созданный в 2013 году мегарегулятор на базе Банка России, столкнулся с проблемой снижения гибкости надзора и потерей многих добросовестных участников небанковского финансового рынка. Как следствие, сейчас в России обсуждают поправки в закон о Центробанке, которые предусмотрят проведение обязательных консультаций мегарегулятора с участниками небанковского рынка.

В-пятых, предпосылкой для укрупнения функций по надзору за финансовым рынком на базе единого регулятора является достаточно высокий уровень качества и эффективности его деятельности. В то же время, проводимая НБУ в последние годы реформа по очищению банковского сектора, которая повлекла за собой серьезные негативные экономические и социальные последствия, ставит под сомнение надлежащий уровень качества деятельности Нацбанка как регулятора и органа надзора за финансовым рынком. В сложившихся реалиях возрастает риск создания большой бюрократической машины, определенной регуляторной монополии с потенциальным конфликтом интересов в результате сосредоточения множества полномочий у одного органа.

Мировая практика реформирования финансового регулирования показывает, что в стране должны существовать определенные предпосылки такие как наличие крупных финансовых институтов, появление на рынке крупных многопрофильных финансовых групп, положительный опыт деятельности планируемого мегарегулятора в традиционном ему секторе. Мировой опыт показывает, что логика заключается в том, чтобы развитие регулирования и надзора шло вслед за рынком.

 

Роман Бадалис

 

 

Источник.


 

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий