Затевая торговые войны, мы повторяем сценарий 1930-х годов

Затевая торговые войны, мы повторяем сценарий 1930-х годов

Развитие событий все сильнее напоминает десятилетие, из которого можно извлечь некоторые уроки

Торговая война породила валютную. Тарифы, которые используются в качестве протекционистского оружия, сменились попытками обеспечить себе конкурентное преимущество посредством манипулирования курсами валют. Аналогичная история была в 1930-х гг. и, судя по тому, как развиваются нынешние события, может повториться в 2020-х.

Проведем исторические параллели. В 1930 году Конгресс США утвердил Закон о тарифах Смута-Хоули, в рамках которого были повышены пошлины на импортируемые в страну товары. На следующий год Британия стала первой крупной страной, которая отказалась от золотого стандарта. Стерлинг быстро снизился на 25% в паре с долларом, вследствие чего британский экспорт заметно подешевел на мировых рынках. Однако это преимущество оказалось кратковременным. Заняв президентское кресло в 1933 году, Франклин Рузвельт отвязал доллар от золота, в результате чего конкурентное преимущество Лондона сошло на нет.

В начале 2018 года Трамп анонсировал введение тарифов на импорт алюминия и стали, тем самым развязав торговую войну, которая превратилась в обмен пошлинами с Китаем в стиле «зуб за зуб».

На прошлой неделе глава ЕЦБ Марио Драги дал рынкам прозрачный намек на свежие стимулы для поддержания роста экономики и инфляции в регионе. Финансовые рынки слабо отреагировали на это посыл, и глава банка решил повторить свою знаменитую фразу от 2012 года о готовности «сделать все возможное», чтобы удостовериться в том, что инвесторы начнут готовиться к снижению процентных ставок и возобновлению программы количественного смягчения.

Комментарии Драги повлекли два незамедлительных эффекта: евро резко упал против доллара, а Трамп очень расстроился. По словам американского лидера, более слабая европейская валюта несправедливо облегчает европейцам задачу по конкурированию с США.

«Они пользуются этим годами, наряду с Китаем и другими странами», — посетовал Трамп.

Битва за девальвацию

И этот посыл тоже максимально прозрачен.

Америка видит в ЕС такую же большую угрозу, как в Китае и готова открыть второй фронт в своей торговой войне.

Чуть больше, чем через сутки Федрезерв сообщил, что тоже планирует снизить процентные ставки, в результате чего евро отыграл потери, понесенные после вербальных интервенций Драги.

Совершенно очевидно, что на данном этапе ситуация может усугубиться. Трамп и без того был недоволен размером торгового профицита Германии с США и утверждал, что крупнейшая экономика Еврозоны получает это преимущество за счет слабого евро, дальнейшее снижение которого еще больше разозлило бы американского президента.

Согласно правилам, которым подчиняются Центробанки стран Б7, государства не имеют права намеренно обесценивать свои валюты для получения конкурентного преимущества.

Поэтому Драги был вынужден объяснить свои планы сугубо внутренними причинами.

Это была своеобразная игра слов. Еврозона сильно зависит от экспорта и серьезно пострадала от замедления мировой экономики, наблюдаемого в течение последнего года. Смягчение монетарной политики посредством снижения процентных ставок и количественного смягчения оказывает поддержку экспортерам в тяжелые времена, и Драги прекрасно это понимает.

Но если одна валюта снижается, другая должна укрепляться. Япония хочет слабую иену; Китай хочет конкурентоспособный юань; Европа жаждет снижения курса евро; а Трамп противится идее сильного доллара. Как пришли к выводу в 1930-х гг., валютная девальвация в стиле «разори соседа» — это игра с нулевым исходом, победить в которой очень непросто.

Горький привкус от «дешевой» сделки IAG

На авиасалоне в Париже стало известно, что IAG, владелец British Airways, подписал письмо о намерении заказать у Boeing 200 самолетов проблемной модели 737 Max. Это решение привело в ярость Airbus, которая не была приглашена на тендер IAG, которая заказала 737 Max по выгодной цене, которая оказалась намного ниже номинальной в районе $24 млрд.

Не следует забывать, что модель 737 Max сейчас не совершает полетов после двух инцидентов, унесших жизни 346 человек. В Индонезии уже назвали одну из вероятных причин крушения самолета авиакомпании Lion Air — устройство вспомогательной системы MCAS, которое включилось по ошибке. Но затем произошло еще одно крушение 737 Max, уже в Эфиопии.

В мире авиации все любят говорить, что безопасность полетов — их приоритет номер один. Но на самом деле это не так. Каждая компания, которая заинтересована в сглаживании углов, может быть обречена на коммерческую катастрофу. Недавние крушения самолетов подорвали доверие потребителей к современной авиации и оставили много вопросов. Самолеты, заказанные British Airways, будут поставлены через несколько лет после возвращения 737 Max в небо, так что заключенная в Париже сделка является, скорее, «соглашением о намерениях», нежели фактический заказ. При всем этом здесь присутствует налет негатива — в стремлении сэкономить, IAG, по сути, подтверждает безопасность модели 737 Max еще до вердикта регуляторов.

А что по поводу климата?

На прошлой неделе крупнейший в Британии управляющий капиталом Legal and General Investment Management публично пристыдила пять компаний, нарушающих экологические нормы. Это компании, куда вошел американский нефтяной гигант ExxonMobil, будут исключены из списка 19 «этических» фондов, инвестирующих 5 млрд ф. ст. в борьбу с загрязнением окружающей среды. Другие усилия будут направлены на голосование против других нарушителей на каждом последующем заседании.

L&G придает особое значение последствиям такого поведения. Управляющий ожидает, что компании в самых загрязняющих отраслях — углеводородное топливо, розничная торговля продовольственными товарами, сельское хозяйство и финансы — поставят перед собой цели по снижению уровня выбросов углерода.

Такой подход пришелся по нраву активистам так называемых зеленых инвестиций, которые видят в нем важное оружие в сложной борьбе с загрязнением климата.

ExxonMobil — первая крупная нефтяная компания, попавшая под «обстрел» за невыполнение базовых требований. А тем временем европейские гиганты Shell и BP избежали позора и критики, согласившись раскрыть информацию о своем вкладе в растущий уровень выбросов углерода и установив цели по сокращению этих выбросов.

Получается, что крупным корпорациям можно продолжать загрязнять атмосферу, если они признают свою вину и обещают вести себя лучше? Не совсем. L&G настаивает на том, что эти правила организации деятельности уже приносят отличные результаты. Управляющий планирует ужесточить свои требования в ближайшие года, и принятие ответственности за выбросы — это только начало.

Фонд признает, что слова без действий не имеют никакого значения, а действия — без результатов. Вопрос в том, достаточно ли этого, чтобы заставить крупнейшие в мире загрязняющие компании начать действовать, пока еще не поздно.

 

 

Источник.


 

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий