Варвары у монетарных ворот

 Варвары у монетарных ворот

ГОНГОНГ — Финансовые рынки сегодня чувствуют себя отлично. Промышленный индекс Доу-Джонса, S&P 500, композитный индекс Nasdaq — все они достигли рекордных высот в последнее время, при этом финансовые рынки развивающихся стран также показывают сильные результаты, поскольку инвесторы ищут стабильности в условиях всеобщей неопределённости. Однако все эти успехи не основаны на фундаментальных рыночных показателях, а потому они не устойчивы — и очень рискованны.

По мнению Мохаммеда Эль-Эриана, невыученный урок финансового кризиса 2007 года заключается в том, что нынешние модели экономического роста «слишком зависимы от ликвидности и кредитов, предоставляемых частными финансовыми учреждениями и, в конечном итоге, центральными банками». И действительно, главным мотором успехов финансовых рынков сегодня являются ожидания, что центральные банки будут и дальше обеспечивать ликвидность.

Когда в июле Федеральный резерв США обнародовал своё решение оставить процентные ставки без изменений, промышленный индекс Доу-Джонса установил рекорды в ходе дневных торгов и при закрытии; индекс Nasdaq также достиг рекордной отметки. А теперь финансовые рынки ждут сигналов с ежегодной встречи представителей крупнейших центральных банков мира в Джексон-Хоул, штат Вайоминг.

Но есть ещё один фактор, который может привести к дальнейшей дестабилизации уже и так ослабленной системы, опирающейся на кредиты и ликвидность. Этот фактор — цифровые валюты. И на этом фронте у властей и регуляторов намного меньше возможностей контроля.

 

Концепция частных криптовалют родилась из недоверия к официальным деньгам. В 2008 году Сатоси Накамото, таинственный создатель биткойна, первой децентрализованной цифровой валюты, назвал биткойн «исключительно пиринговой версией электронных денег», которая «позволяет совершать онлайн-платежи напрямую между двумя сторонами без участия каких-либо финансовых учреждений».

В докладе Международного валютного фонда, опубликованном в 2016 году, проводится различие между цифровыми валютами (законное платёжное средство, которые может быть оцифровано) и виртуальными валютами (не являющимися общепринятым, законным средством платежа). Биткойн является криптовалютой, то есть формой виртуальной валюты, которая с помощью криптографии и распределённой системы учёта (блокчейн) позволяет совершать транзакции одновременно публично и полностью анонимно.

Как бы вы к этому не относились, факт в том, что девять лет спустя после изобретения биткойна Накатомо стало понятно, что концепция частных электронных денег неизбежно преобразит ландшафт финансовых рынков. В августе стоимость биткойна достигла $4483, а рыночная капитализация — $74,5 млрд (это в пять с лишним раз больше, чем в начале 2017 года). И не важно, имеем ли мы дело с пузырём, который неминуемо лопнет, или же с признаками радикального изменения самой концепции денег, в любом случае для центральных банков и финансовой стабильности последствия будут самыми глубокими.

Поначалу центральные банки и регуляторы скорее поддерживали инновацию, которой являлись биткойн, а также блокчейн, лежащий в основе биткойна. Трудно доказать, что людям нельзя пользоваться активами, созданными в частном порядке для совершения транзакций без участия государства.

Однако национальные власти беспокоились из-за потенциально нелегальных способов использования подобных активов, свидетельством чему стала работавшая на биткойнах рыночная площадка «тёмной сети» под названием Silk Road («Шёлковый путь»). Этот клиринговый дом для торговли, в том числе, запрещёнными наркотиками был закрыт в 2013 году, однако с тех пор появилось множество аналогичных рыночных площадок. Когда в 2014 году рухнула биржа биткойнов Mt. Gox, некоторые центральные банки, например, Народный банк Китая, начали препятствовать использованию биткойна. В ноябре 2015 года Комитет по платежам и рыночной инфраструктуре, созданный при Банке международных расчётов и включающий представителей десяти крупных центральных банков, выпустил глубокое исследование на тему цифровых валют.

Однако опасность криптовалют не ограничивается потворством нелегальной деятельности. Как и у обычных валют, у криптовалют нет собственной стоимости. Но, в отличие от официальных денег, за них никто не несёт ответственности, то есть не существует учреждения, подобного центральному банку, который был бы крайне заинтересован в поддержании их стоимости.

Криптовалюты существуют благодаря готовности людей, совершающих транзакции, считать их чем-то ценными. Поскольку ценность этого актива зависит от привлечения всё новых и новых пользователей, криптовалюты приобретают качества финансовой пирамиды — схемы Понци.

Масштабы использования криптовалют растут, а вместе с ними растут и масштабы потенциальных последствий их краха. Уже сейчас рыночная капитализация криптовалют достигла почти 10% стоимости физических запасов официального золота в мире, однако при этом они позволяют проводить существенно более крупные платёжные операции из-за низкой себестоимости транзакций. Это означает, что криптовалюты уже по своим масштабам стали системным явлением.

Неизвестно, насколько далеко зайдёт эта тенденция. Технически объём денежной массы криптовалют бесконечен. Биткойн ограничен порогом в 21 миллион единиц, однако он может быть повышен, если с этим согласится большинство «майнеров» (те, кто записывает данные о транзакциях в публичную систему учёта). Спрос на биткойн связан с недоверием к традиционным инструментам хранения стоимости. Если люди будут бояться избыточного налогообложения и регулирования или же из-за социальной и финансовой нестабильности их активы окажутся под угрозой, они будут всё чаще обращаться к криптовалютам.

В прошлогоднем докладе МВФ отмечалось, что криптовалюты уже использовались для обхода норм валютного контроля и контроля за движением капитала в Китае, Греции, Венесуэле и на Кипре. В странах, где чувствуется политическая неопределённость или происходят социальные беспорядки, криптовалюты становятся привлекательным механизмом для бегства капитала, что усугубляет трудности поддержания внутренней финансовой стабильности.

Более того, хотя государство не играет никакой роли в управлении криптовалютами, именно оно будет отвечать за расчистку завалов, которые возникнут, когда пузырь лопнет. В зависимости от того, когда и где он лопнет, эти завалы могут оказаться весьма значительными. В развитых странах, обладающих резервными валютами, центральные банки, наверное, смогут справиться с ущербом. Однако нельзя то же самое сказать о развивающихся странах.

Для крупных деревьев в лесу новые виды-захватчики обычно не создают немедленной угрозы. Но менее развитым системам, например подлеску, потребуется гораздо меньше времени, чтобы почувствовать последствия.

Криптовалюты — это не просто новые формы жизни, за которыми можно с интересом наблюдать; центральные банки должны начать действовать уже сейчас, поставив под контроль вполне реальные угрозы, которые они несут.

 

Эндрю Шэн (Andrew Sheng),
Сяо Гэн (Xiao Geng)

 

 

Источник.


 

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий