Ужасы количественного смягчения

Количественное смягчение

Внушительные резервы мировых центробанков истощаются, угрожая вызвать глобальный кризис ликвидности.

Последние 15 лет главной чертой мировой экономики было беспрецедентное накопление валютных резервов. Центральные банки всех стран, во главе с Китаем и ведущими экспортерами нефти, сформировали колоссальные запасы иностранных валют. Мировые валютные резервы выросли на порядок — с 1,8 трлн долларов в 2000 году до 12 трлн к середине 2014-го. Как оказалось, в тот момент они достигли пика.

С тех пор показатель упал как минимум на 500 млрд долларов. Когда потоки иностранного капитала, которые когда-то лились в Китай рекой, стали иссякать, Пекин был вынужден потратить на поддержку юаня львиную долю своих резервов, достигавших на тот момент 4 трлн долларов. Другим развивающимся рынкам, в особенности России и Саудовской Аравии, также пришлось запустить руку в запасы на черный день.

В результате возникли опасения по поводу того, что сокращение резервов может вызвать дефицит ликвидности. Центральные банки Китая и еще нескольких стран скупали казначейские ценные бумаги и другие прибыльные облигации, и это привело к падению доходности по облигациям развитых стран. Теперь, когда резервы центробанков истощаются, регуляторы начнут продавать часть накопленных ранее активов в виде ценных бумаг. Это грозит повышением процентных ставок во всем мире именно в тот момент, когда рост глобальной экономики весьма неустойчив, а финансовые рынки непредсказуемы.

Аналитики Deutsche Bank описали этот эффект как «количественное ужесточение». Теоретически, развитые страны могли бы нейтрализовать негативные последствия при помощи, например, дополнительного количественного смягчения (QE),т. е.покупая собственные облигации на деньги центральных банков. Однако на практике это будет трудновыполнимо по ряду причин.

То, как валютные резервы одной страны могут влиять на доходность по облигациям другой, сформулировал в 2005 году Бен Бернанке, член Совета управляющих ФРС, который впоследствии стал ее главой, в своей теории «глобального избытка сбережений».

Высокий профицит баланса текущих операций на развивающихся рынках был вызван избытком сбережений в этих странах. Излишки капитала нужно было куда-то направить. В итоге центральные банки решили вложить внушительную часть избыточного капитала в облигации развитых стран для укрепления своих валютных резервов, которые тогда только начинали формироваться. Наращивание этих резервов через покупку облигаций вызвало снижение процентных ставок в развитых странах.

Экономисты, которые отслеживают все факторы, оказывающие влияние на динамику процентных ставок — от темпов роста ВВП до демографии, — попытались оценить последствия процесса накопления резервов. Фрэнсис и Вероника Уорнок из Виргинского университета пришли к выводу, что доходность по десятилетним казначейским облигациям США упала примерно на 0,8 процентного пункта в 2005 году именно за счет их покупки другими странами. В одном из последних рабочих докладов специалисты ЕЦБ обнаружили такой же эффект: активизация покупки облигаций еврозоны другими странами вызвала понижение долгосрочных процентных ставок примерно на 1,5 процентного пункта в середине 2000-х.

Однако среди экспертов нет уверенности в том, насколько тесно связано накопление валютных резервов и доходность облигаций. Клаудио Борио из Банка международных расчетов и Пити Дисятат из Банка Таиланда отмечают, что в 2005−2007 годах наблюдалась тенденция к повышению доходности казначейских облигаций, несмотря на устойчивый приток иностранного капитала в экономику США, а затем, когда приток сократился, процентные ставки упали. В этом году также наблюдается довольно слабая взаимосвязь между доходностью и валютными резервами: валютные резервы большинства стран в течение года снижались, однако доходность по облигациям США и Европы также упала.

Это может объясняться тем, что внутренние факторы перевешивают внешние. Покупка облигаций Федеральной резервной системы в рамках программы QE в 2008−2014 годах оказывала большее влияние на динамику долгосрочных процентных ставок США, чем усиленное накопление валютных резервов центробанками других стран. За прошедшие полгода программа QE ЕЦБ вызвала снижение доходности по облигациям еврозоны, что свидетельствует о том, что деятельность других стран по формированию валютных резервов вовсе не обладает непреодолимой силой. В то время как снижение активности последних приводит к нежелательному сокращению ликвидности, центробанки развитых стран могут нейтрализовать этот эффект при помощи покупки облигаций. Однако, несмотря на то, что продажи активов центробанками развивающихся рынков теперь превышает по объему покупки облигаций со стороны развитых стран, ФРС не изъявляет желания возобновить программу QE.

Резервы

Смягчающий эффект могут оказывать и другие факторы. Капитал, который теперь покидает развивающиеся рынки, не уходит в никуда. Его львиная доля вернулась в родное лоно — развитые страны. Если какой-нибудь миллиардер из Китая хочет вывести свои средства из страны, то, скажем, есть разнообразные способы незаконно обменять юани на доллары. Это приводит к сокращению валютных резервов Китая, а именно американских облигаций в его распоряжении. Затем миллиардер покупает на эти деньги себе виллу в Лос-Анджелесе. Продавец виллы кладет заработанные деньги в местный банк, который, в свою очередь, может вложить их в казначейские облигации.

Где нашли, там и потеряли

Так что, возможно, беспокоиться стоит странам, которые накопили огромные резервы. Когда их центральные банки начали скупать иностранные активы, они расплачивались, печатая новые деньги, тем самым увеличивая денежное предложение. Теперь, когда они переходят от политики покупки иностранных активов с целью занизить курс валюты к интенсивной продаже этих активов ради поддержания национальной валюты, денежная масса сократится.

Но даже эти страхи могут быть преувеличены. Валютные резервы — не единственное, что определяет денежное предложение в экономике страны. Когда центробанки наращивали резервы, то сами поглотили значительную часть дополнительной денежной массы, созданной, чтобы «нейтрализовать» эффект своей деятельности.

Теперь они могут от этого отказаться и снизить норму обязательных резервов, которые частные банки должны хранить в центральном, — как это сейчас делает Китай. Кроме того, центробанки развивающихся стран могут последовать примеру развитых государств, которые используют операции на открытом рынке —т. е.ежедневно продают и покупают активы страны, — чтобы воздействовать на краткосрочные процентные ставки. Правда, для таких операций требуются хорошо развитые и эффективные фондовые рынки.

Наконец, у государства есть последнее средство против «количественного ужесточения» — контроль над капиталом. В последние недели Китай усилил за оттоком капитала, и в результате его резервы, которые в августе снизились на 95 млрд долларов, в сентябре упали уже не так катастрофично — на 43 млрд. Если выведение капитала пробьется через установленные Пекином барьеры и снова достигнет угрожающих размеров, Китаю, возможно, придется девальвировать юань во второй раз. На фоне опасений по поводу роста мировой экономики многие надеются, что Пекин будет держать ситуацию под контролем еще какое-то время.

 

Источник.


 

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий