Турецкие уроки для НБУ

Турецкие уроки для НБУ

Как быть с независимостью центральных банков?

Одной из главных мировых экономических новостей стало стремительное падение курса турецкой лиры. В прошлую пятницу максимальное падение в ходе торгов составило 14%, лира достигла исторического минимума – 6,47 за доллар США. Лидер страны Реджеп Эрдоган в выходные обратился к гражданам с призывом: «Если под вашей подушкой есть доллары, доставайте их. Если есть евро, доставайте. Немедленно несите их в банки и конвертируйте в турецкую лиру. Таким образом мы будем бороться в этой войне за независимость и будущее». Однако уже в понедельник утром рекорд был обновлен – 6,9 лир за доллар. С начала года лира обесценилась по отношению к доллару на 39%.

Центробанк Турции с целью ликвидации угрозы для банков принял решение обеспечить финансовые организации необходимой ликвидностью за счет своих резервов. Кроме того, он открыл для банков возможность получить валютные кредиты сроком на один месяц. Одновременно лимит банковских гарантий в иностранной валюте для операций с турецкой лирой был повышен почти в три раза – с 7,2 до 20 млрд евро. Объем средств, выделяемых финансовым структурам в рамках мер по стабилизации рынка, составит 10 млрд турецких лир и 6 млрд долларов, в том числе 3 млрд долларов из золотовалютных резервов страны.

Не буду обсуждать внешнеполитические факторы текущего валютного кризиса в Турции. Они играют важную роль, однако являются триггером, а не фундаментальной причиной.

Проблем несколько. Одна из них заключается в том, что в течение длительного времени на турецкий Центробанк оказывалось значительное политическое давление, вызванное желанием политической власти страны обеспечить мощное кредитное стимулирование экономики. А в первой половине 2018 страна жила приближением президентских и парламентских выборов (они состоялись в июне).

Нынешнее ухудшение ситуации с инфляцией в Турции – не внезапная проблема

В частности, в середине мая в интервью Bloomberg президент Турции Эрдоган заявил, что если выиграет досрочные выборы 24 июня, то будет активнее заниматься регулированием экономической и монетарной политики страны. В свою очередь, ЦБ Турции давал понять, что для борьбы с ускорением инфляции – а в апреле 2018 потребительские цены выросли на 10,85% по сравнению с апрелем прошлого года – он намерен поднять базовую учетную ставку, чего и ожидали многие инвесторы и экономические эксперты. Однако Эрдоган заявил, что он, наоборот, намерен снизить ставку – для оживления кредитования и ускорения экономики. По его словам, Центробанк не сможет игнорировать сигналы, полученные в ходе выборов. «Я возьму на себя ответственность за принятие решительных шагов как неоспоримый глава исполнительной власти», – заявлял Эрдоган в мае.

Выборы в июне он выиграл. Однако потребительская инфляция в Турции стремительно росла: в мае составила 12,2% в годовом измерении, в июне – 15,4% (а индекс цен производителей в первом летнем месяце составил 23,7%), в июле – 16%. У президента Турции не было другого выхода, чем прислушиваться к Центробанку, который был вынужден несколько раз повышать ставку: до 13,5%, затем до 16,5%, и наконец до 17,75%. Однако текущие события на валютном рынке, вместе с имеющимися темпами инфляции, указывают на запоздалость таких решений. Решений, на которых настаивал ЦБ Турции, но против которых решительно выступало политическое руководство страны. Из-за политического влияния ЦБ слишком поздно повысил процентные ставки в этом году. Это пока не помогает сдерживанию инфляции и борьбе с ослаблением национальной валюты. А повышение ставки в целом на 500 базисных пунктов теперь вызвало еще и шок процентной ставки.

Кстати, нынешнее ухудшение ситуации с инфляцией в Турции – не внезапная проблема. Все началось в период с 2010 по 2013 годы, когда индекс потребительских цен находился на высоком уровне – от 8 до 9%. Это было время, когда глобальная ликвидность (или так называемые «дешевые деньги»), достигли пика для развивающихся рынков. Это было тогда, когда ЦБ переключился из режима таргетирования инфляции на неортодоксальную денежно-кредитную политику, основанную на нескольких процентных ставках. Что было сделано в попытке успокоить президента Эрдогана, который выражал резкое недовольство высокими ставками.

На фоне ситуации в Турции уместно посмотреть на Украину в контексте политики Нацбанка и его политической независимости. Напомню, в июле НБУ повысил учетную ставку, реагируя на дальнейшее оживление внутреннего спроса, усиление рисков в отношении получения очередного транша МВФ и другого связанного финансирования, высокие инфляционные ожидания, снижение интереса инвесторов к активам развивающихся стран. Что стало предметом критики со стороны некоторых политиков, специалистов и экспертов.

В свое время американский экономист Милтон Фридман в работе «Письмо о денежно-кредитной политике» утверждал: «Единственным оправданием независимости центрального банка является его право принимать разумные меры в долгосрочной перспективе, даже если они непопулярны в краткосрочном периоде». Понятно, что основоположник монетаризма под «разумными мерами» подразумевал сдерживание инфляции.

Напомню, что основной функцией Национального банка является обеспечение стабильности денежной единицы Украины. При выполнении своей основной функции НБУ исходит из приоритетности достижения и поддержания ценовой стабильности в государстве. В текущих условиях, он имеет независимость целей денежно-кредитной политики, операционную независимость (подбирает промежуточные операционные цели, которые используются для достижения конечной цели денежно-кредитной политики) и инструментальную независимость (имеет свободу выбора в применении инструментов денежно-кредитной политики), которая является одним из базисов режима инфляционного таргетирования. А также НБУ имеет политическую независимость, гарантом которой является совет Национального банка.

Нулевая ценовая динамика в мае-июне и дефляция (0,7%) в июле – в том числе является результатом консервативной монетарной политики НБУ, проводимой в текущем году.

На вопрос, почему Нацбанк увеличивает ставку на фоне снижения инфляции, есть логичный ответ – потому, что дезинфляционные эффекты от увеличения предложения продуктов питания украинского производства, которые также являются причиной весьма приемлемой ценовой динамики, могут нивелироваться в осенние месяцы. То есть, НБУ играет на опережение. Что позволяет ему делать политическая независимость, а также принятая им Стратегия монетарной политики и Основные принципы денежно-кредитной политики на 2018 год и среднесрочную перспективу.

А тем, кто считает целесообразным политическое вмешательство в деятельность центральных банков, предлагаю посмотреть на последствия такого вмешательства. Далеко ходить не надо – новостные ленты буквально пестрят новостями из Турции.

 

Богдан Данилишин

 

 

Источник.


 

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий