Финансовая
квинтэссенция Федор
Рогач

Рассказываем, почему строгий контроль регуляторов над юанем никуда не денется.
В Китае всегда было гибкое отношение к закону. Огромное население, нехватка земли и давняя традиция авторитарной власти — как следствие, ваши возможности во многом зависят от того, кто вы, и с кем знакомы.

Кроме того, в отличие от большинства крупных экономик, Китай строго контролирует движение наличных в стране и за ее пределами и активно управляет курсом юаня. Ежедневно Народный банк Китая устанавливает дневной торговый диапазон цены юаня в долларах и, если она меняется слишком быстро, активно вмешивается в валютный рынок через государственные банки.

Многие инвесторы надеются на новый виток реформ после переизбрания Си Цзиньпина на новый пятилетний срок на предстоящем съезде Компартии, который начнется в среду, и в рамках этих реформ — на переход к свободно плавающей валюте.

На практике же председатель и его союзники заняты тем, что спасают государственные компании и банки Китая, зависящие от потока дешевого капитала. Пока ключевые предприятия государственного сектора не могут выжить без недорогого финансирования, позволять капиталу свободно покидать страну слишком рискованно, поэтому строгий контроль над юанем в той или иной форме, вероятно, сохранится.

Контроль над капиталом будет постепенно снижаться по мере улучшения состояния внутренних активов, и ужесточаться, если отток будет слишком высоким. Так что реальная «реформа» будет направлена не вперед, а вбок.

Со времен бума конца 2000-х и начала 2010-х средняя рентабельность торгующихся на китайских биржах компаний упала примерно на 30−50% — рост экономики замедлился, а реформы зашли в тупик. При этом проценты по депозитам очень низкие, а недвижимость в крупных городах стоит безумных денег, что создает проблемы для стареющего населения, которому необходимо откладывать средства. При этом даже в благополучные времена какая-то часть капитала стремится наружу страны.

Несмотря на государственный контроль над валютой, она все равно будет циркулировать, и правила будут сдвигаться. В этом году юань вырос всего на 5% на фоне ужесточения контроля за движением капитала, установленного в 2016 году, более медленного, чем ожидалось, повышения американских процентных ставок и ускорения экономического роста Китая.

Но опыт 2015 и 2016 годов, когда четырехтриллионные валютные резервы страны сократились примерно на триллион долларов, когда капитал бежал из страны, а центральный банк боролся с валютными спекулянтами, показывает, что реальный приоритет правительства — это контроль над экономикой.

В результате юань, вероятно, дольше, чем ожидалось, будет играть незначительную роль в мировых финансах. По данным системы Swift, в июне в юанях были номинированы менее 2% международных платежей — намного меньше, чем два года назад.

Китай может быть второй по величине экономикой в мире, но вместо того чтобы конкурировать с долларом США за мировое господство, юань соперничает с канадским долларом и швейцарским франком во второй лиге — и это вряд ли изменится в ближайшее время.

Тая Арянова

Источник.