Почему катится вниз украинская промышленность и чем это чревато

Почему катится вниз украинская промышленность и чем это чревато

Одно из наиболее продаваемых экономических достижений нынешней власти за последние пару лет – это так называемый экономический рост.

Если проанализировать статистические данные, то действительно, начиная с 2016 года, то есть на протяжении 12 кварталов подряд наша экономика растет.

Правда, это является достижением лишь при поверхностном взгляде на цифру роста ВВП. Есть такое понятие в статистике, как база сравнения. Простые познания в математике позволяют понять, что когда в знаменателе стоит сравнительно небольшое число, то для обеспечения нужного процентного прироста в числитель можно поставить весьма скромную цифру.

В 2014-2015 годах наша экономика суммарно упала более чем на 16%. Расти, отталкиваясь от такого дна, было достаточно легко, ведь даже микроскопическое увеличение валового продукта давало умеренные показатели относительного прироста.

В 2016 году наш ВВП вырос на 2,4%, в 2017 – на 2,5%, в 2018-м – по прогнозным оценкам на 3,2%. Выходит, что за три года восстановления Украина смогла отыграть чуть более 8% из утраченных 16%, или половину потерь.

По сути, мы еще даже не вышли на показатели 2013-го года, и это если считать ВВП в гривне. А если оценивать валютный эквивалент, то имеем 120 млрд долл. валового продукта по итогам прошлого года по сравнению с докризисными 180 млрд долл.

Кстати, а много это или мало – расти на 2-3% в год? Китай в прошлом году показал динамику на уровне 6,6%, и эксперты сочли это чуть ли не предвестником нового экономического кризиса. По прогнозам аналитиков, Поднебесная продолжит увеличивать свои экономические параметры на 6%+ и в этом году. По оценкам МВФ, акцент роста мировой экономики в 2019-м сместится в сторону Индии и стран АСЕАН-5 (Индонезия, Филиппины, Таиланд, Малайзия, Сингапур). Динамика роста ВВП Индии составит в ближайший год 7%+, а в группе указанных выше азиатских стран – 5%+.

Расти на 1-2-3% в год могут позволить себе лишь развитые страны. У них и база сравнения больше, и структура экономики иная. До 70% ВВП у них формируется в секторе услуг, то есть в сегменте экономики, лишь косвенно связанном с внешними факторами влияния. Согласно концепции умеренного роста, сформулированной Римским клубом, опора на третичный сектор экономики (услуги, медицина, наука, образование) вкупе с инновационной промышленностью обеспечивает развитым странам медленный, но при этом стабильный и долгосрочный рост.
Если мы обратимся к теории трехсекционной структуры экономики, сформулированной учеными Кларком и Фурастье, то увидим, что потенциал аграрных стран по мере развития глобальной экономической системы снижается, индустриальных – вначале быстро растет, а затем падает, в то время как постиндустриальных, основанных на третичном секторе – все время растет, хоть и медленно. Это как раз тот случай, когда можно сказать: «Не спеши, а то успеешь».

Такие страны как Украина должны расти на уровне 5%+. Лишь данная динамика позволит, с одной стороны, успешно преодолевать бедность и сохранять трудовые ресурсы от массовой миграции за рубеж, а с другой – формировать достаточный резерв под будущие экономические кризисы, которые как раз больше всего обваливают именно развивающиеся рынки. То есть наша страна в преддверии нового глобального кризиса должна не только отыграть потери 2014-2015 годов, но сформировать определенный экономический задел.

Вместо этого, грядущий кризис нашей экономике придется встречать с прохудившимися портами на причинном месте.

Но даже такой небольшой экономический рост имеет в Украине достаточно специфические источники формирования.

Драйвером, который вытягивал наш ВВП в последние годы, была розничная торговля, которая росла на 6-7% в год, обеспечивая положительную динамику ВВП. Плюс всплеск на рынке жилого строительства, который в прошлом году начал постепенно затухать.

Все последние три года мы имели своеобразный гибридный экономический рост, когда ВВП увеличивался, но при этом в отрицательную зону уходил то индекс сельскохозяйственного производства, то показатель выпуска промышленной продукции. При этом валовой продукт увеличивался даже тогда, когда в красной зоне оказывались базовые экономические индексы, являющиеся фундаментом настоящего, а не гибридного роста. Торговлю и жилое строительство активно стимулировали трансферты трудовых мигрантов – фактор очень непостоянный и экзогенный (внешний). Базировать на нем долгосрочную стратегию экономического роста крайне неразумно и опасно.

За все прошедшие три года увеличения ВВП у нас крайне редко бывали моменты, когда одновременно росли все три основные сегменты экономики: торговля, сельское хозяйство и промышленность. Если в прошлом году у нас был рекордный рост индекса сельскохозяйственной продукции на уровне +7,8%, то в 2017-м – зафиксировано падение на — 2,2%.

Промышленное производство в Украине

Сейчас «нырок» в красную зону проделывает промышленное производство, которое по итогам января текущего года сократилось на 3,3%. При том, что в январе прошлого года был рост на 4,3%. Тогда январский промышленный всплеск был обусловлен рекордными показателями роста ВВП в четвертом квартале 2017-го. По принципу домино ценовой всплеск на сырьевых рынках нашего традиционного экспорта дал импульс роста и в смежных отраслях. Затем этот результат в течение года был полностью растерян: темпы роста промышленного производства упали сперва до 3%, а затем до 1,6-2%. И в этом году ушли в отрицательную зону.

Очевидно, что ни правительство, ни Нацбанк не справились со своей базовой функцией – поддержать наметившийся в промышленности рост, тем более, что даже по меркам нынешнего сложного времени такой инструментарий у нас был и пока есть. Вместо этого НБУ перенаправил всю ликвидность банковской системы в сектор государственных долговых обязательств – ОВГЗ и депозитных сертификатов, полностью лишив промышленность кредитного плеча.

Динамика производства

В январе этого года самые большие темпы падения зафиксированы в сегменте электротехники – минус 56% (это фактически и не падение, а развал отрасли). На фоне роста добычи угля, нефти и газа резко сократились объемы добычи железной руды (-7,1%), которая является ключевым элементом нашего сырьевого экспорта. На 9,7% обвалился текстиль, на 14,9% — химия (по сути происходит ликвидация данной отрасли в структуре нашей промышленности). На 6,5% сократилось производство пластмасс и прочих минеральных продуктов. На 11,9% упало машиностроение, на 8,2% — автомобилестроение. На 1,9% сократилось производство пищевых продуктов. Основа нашего экспорта – металлургия, сократилась на 4,5%. Продолжила снижение нефтепереработка (-3,6%), и даже мораторий на экспорт леса-кругляка не спас деревообработку – падение на 5,9%. Анализируемый нами показатель падения промышленного производства лишен сезонности, ведь мы сравнивали январь-19 с январем-18, а не с декабрем (при таком сравнении сезонность действительно присутствует, но темпы падения значительнее – минус 13,8%).

Причины снижения нашей экономической динамики вполне осязаемы. Фактор вхождения на рынок ЕС, связанный с функционированием ЗСТ, уже исчерпал себя. Когда попадаешь на новый рынок сбыта, всегда ловишь попутную волну – новые потребители, заказы. Удержаться на структурированном и конкурентном рынке, таком как европейский, намного сложнее, чем снять с него пенку на «входе». Тем более, что государство ничего не сделало для помощи украинским предприятиям в этой адаптации: программы стимулирования экспорта у нас так и не заработали, в том числе и в рамках экспортных кредитных инструментов.

Падение металлургии и добычи руды продиктовано общей ситуацией на мировых сырьевых рынках. В январе этого года Украина опустилась на одну ступень и оказалась на 13-й позиции в мировом рейтинге производителей стали (World Steel Association). А ведь совсем недавно была в десятке. Теперь нас опережают Италия, Тайвань, Иран, Турция и Бразилия. Не говоря уже о странах-лидерах.

Самое большое сокращение промышленного производства в структуре основных промышленных групп зафиксировано в сегменте потребительских товаров длительного использования – минус 13,8%. На нулевом уровне роста удержались инвестиционные товары, в основном за счет заказов промышленного оборудования, осуществленных государственными предприятиями. Промежуточные товары (полуфабрикаты) упали на 10,3%, а потребительские товары краткосрочного использования — на 2,1%.

И если падение металлургии еще можно объяснить факторами глобальных рынков, а экспортоориентированных отраслей – замедлением европейской экономики и платежеспособного спроса в еврозоне, что привело к «соскальзыванию» наших производителей с этого сложного рынка, то минусовые показатели производства потребительских товаров говорят об обратной стороне соглашения о ЗСТ с ЕС: европейские товары стали попросту съедать наш внутренний рынок, выдавливая из него отечественных производителей, как пасту из тюбика.

Европейские товары уже проникли даже в сегмент потребительских товаров эконом-класса, постепенно вытесняя оттуда традиционные украинские продукты.

Как следствие, в январе 2019 года дефицит государственного бюджета достиг 12 млрд грн. И это лишь первая ласточка начавшегося падения промышленного производства. Что, впрочем, и неудивительно. Если в течение трех лет мы наблюдали лишь интеллектуальную импотенцию провластных элит, то крайне неразумно было ожидать иной результат.

 

Алексей Кущ

 

 

Источник.


 

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий