Перемены в Китае: вечен ли коммунизм в Поднебесной?

Перемены в Китае: вечен ли коммунизм в Поднебесной?

1 октября в ознаменование 70-летия Народной республики председатель КНР Си Цзиньпин произнесет речь, в которой будет безоговорочно восхваляться деятельность Коммунистической партии Китая, начиная с 1949 года. Но, несмотря на демонстрируемые Си Цзиньпином уверенность и оптимизм, рядовые члены КПК все сильнее тревожатся по поводу будущих перспектив режима — и для этого есть весомые причины. Об этом в своей статье для Project Syndicate пишет профессор государственного управления в колледже Claremont McKenna и автор книги «China’s Crony Capitalism», первый председатель Библиотеки Конгресса США по отношениям между США и Китаем Миньсинь Пэй.

В 2012 году, когда Си взял в руки бразды правления в КПК, он пообещал, что Партия постарается добиться великих успехов к двум предстоящим столетним юбилеям — со дня основания КПК в 1921 году и Народной республики в 1949 году. Однако неуклонное замедление темпов роста экономики и повышение напряженности в отношениях с США, скорее всего, подпортит КПК настроение во время празднований 2021 года. И не исключено, что однопартийный режим вообще не доживет до 2049 года.

Технически у диктатур нет ограничений по срокам, но КПК приближается к рубежам длительности существования однопартийных режимов. Институционно-революционная партия удерживала власть в Мексике 71 год (1929−2000); Коммунистическая партия Советского Союза правила 74 года (1917−1991); тайваньский Гоминьдан продержался 73 года (с 1927 по 1949 годы на материке и с 1949 по 2000 годы на Тайване). Северокорейский режим (семейная династия сталинистов) правит уже 71 год и является единственным современным конкурентом Китая.

Впрочем, исторические тенденции не являются единственной причиной для тревог в КПК. Условия, которые позволили этому режиму восстановиться после маоистских катастроф самовредительства и процветать на протяжении последних четырех десятилетий, в целом сменились менее благоприятной (а в некоторых отношениях более враждебной) средой.

Главной угрозой долгосрочному выживанию партии стала разворачивающаяся холодная война с США.

На протяжении почти всей эпохи после Мао руководство Китая держалось на международной арене незаметно, старательно избегая любых конфликтов и одновременно накапливая внутреннюю силу. Но к 2010 году Китай превратился в экономический локомотив, который стал проводить более решительную внешнюю политику. Это вызвало гнев Америки, которая постепенно начала переходить от политики взаимодействия к конфронтационным подходам, которые можно наблюдать сегодня.

Благодаря превосходству в военном потенциале, технологиях, экономической эффективности и количестве союзников (остающихся надежными, даже несмотря на деструктивное руководство президента Дональда Трампа), у США намного больше шансов стать победителем в китайско-американской холодной войне, чем у Китая. И хотя американская победа может оказаться пирровой, она, почти несомненно, навсегда определит судьбу КПК.

Кроме того, КПК сталкивается с серьезными экономическими проблемами. Так называемому китайскому чуду способствовала большая и молодая рабочая сила, быстрая урбанизация, масштабные инфраструктурные инвестиции, либерализация рынка и глобализация — роль всех этих факторов либо уменьшилась, либо вообще свелась к нулю.

Рост экономики могли бы поддержать радикальные реформы, в частности приватизация неэффективных госпредприятий и отказ от неомеркантилистских методов во внешней торговле. Но вопреки официальным заявлениям о дальнейших рыночных реформах, КПК сопротивляется их проведению, цепляясь вместо этого за политику, которая поощряет госпредприятия в ущерб частным предпринимателям. Госсектор образует экономический фундамент однопартийного правления, поэтому перспективы внезапной поддержки руководством КПК радикальных экономических реформ остаются призрачными.
Столь же тревожны и внутриполитические тенденции. При Си Цзиньпине КПК отказалась от прагматизма, идеологической гибкости и коллективного лидерства, которые так хорошо служили ей в прошлом. Из-за неомаоистского поворота в партии (включая строгое следование идеологии, суровую организационную дисциплину и авторитарное правление, опирающееся на страх) возрастают риски катастрофических политических ошибок.

Да, конечно, КПК не сдастся без боя. По мере ослабления ее власти, партия, вероятно, будет пытаться разжигать националистические чувства у своих сторонников, одновременно усиливая репрессии против оппонентов.

Но эта стратегия не поможет спасти однопартийный режим Китая.

В краткосрочной перспективе национализм способен расширить поддержку КПК, однако со временем его энергия иссякнет, особенно если партия не сумеет обеспечить непрерывное повышение качества жизни. А режиму, который опирается на принуждение и насилие, придется заплатить высокую цену в виде спада экономической активности, роста народного сопротивления, эскалации затрат на безопасность, а также международной изоляции.

Все это совсем не похоже на воодушевляющую картину, которую Си Цзиньпин представит китайскому народу 1 октября. Однако никакие объемы националистической риторики не смогут изменить тот факт, что крах правления КПК сегодня кажется ближе, чем когда-либо со времен окончания эпохи Мао.

 

 

Источник.


 

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий