Финансовая
квинтэссенция Федор
Рогач

Мир становится богаче, пул доходов, которые могут облагаться налогами, расширяется. Поэтому сейчас можно применять самые разные схемы перераспределения богатства, включая реализацию универсального базового дохода. Запас доступных доходов настолько велик, что налогообложение сверхбогатых никак не отразится на их благосостоянии и на экономике в целом».

Таково первое предположение сторонников схемы универсального базового дохода.

Но что, если мир становится беднее во всех смыслах? Сейчас повсеместно идет снижение покупательной способности рабочей силы. А это результат не только распределения дохода, но и уменьшающегося совокупного богатства реального мира.

И если говорить о совокупном благосостоянии, то важно ответить на вопрос: что измеряется такой валютой, как доллары? Что не измеряется? Как правило, оптимизируют то, что измеряется. Поэтому после накопления валюты необходимо измерить то, что можно купить за нее на рынке.

Однако рынки оценивают товары и услуги только здесь и сейчас. У них нет механизмов, чтобы измерить затраты на жизненный цикл товаров, на случай деградации дикого рыболовства, истощения плодородия почв и т.д.

Эта ситуация сейчас наблюдается в Китае. Как недавно заметил один китайский экономист, есть только одна реально прибыльная китайская корпорация – это Huawei.

«Прибыль 1444 зарегистрированных малых и средних предприятий, а также растущих компаний даже близко не равна прибыли Промышленного и коммерческого банка Китая», ─ отметил он.

Так почему робототехника и искусственный интеллект, которые войдут в массовое производство, будут отличаться?

Как известно, Uber и Lyft теряют миллиарды долларов, работая в нынешнем режиме. Предполагается, что прибыль должна по мановению волшебной палочки вырасти, когда увеличатся доходы и сократятся расходы. Но если учитывать конкуренцию и структуру затрат, каким образом можно ожидать рост цен достаточный, чтобы получить прибыль?

Также предполагается, что в этих сервисах можно снизить расходы на водителей за счет использования беспилотных автомобилей. Но если взглянуть на бизнес-модели Uber и Lyft, становится понятно, что расходы на трудовые ресурсы в них занимают довольно незначительную часть. Сокращение расходов на $1 млрд за счет отказа от услуг водителей предполагает использование вместо этого запатентованного оборудования и программного обеспечения. А это уже влияет на повышение цен для клиентов. Более того, все необходимые составляющие для беспилотных автомобилей – датчики, программное обеспечение для искусственного зрения – быстро коммодизируются. Естественно, это тесным образом связано с развитием жесткой конкуренции в этой области.

Эти услуги по сути своей не являются прибыльными. Стоимость эксплуатации очень сложного транспортного средства никогда не будет дешевой или почти бесплатной. Кроме того, у клиентов всегда есть выбор, воспользоваться услугами Uber или другого вида транспорта.

Конечно, есть исключение: некоторые предпочитают платить астрономические суммы за смартфон Apple, потому что это уже показатель статуса владельца. Однако очень немногие будут переплачивать за услуги Uber, этот бренд не имеет такого же веса, как бренд Apple.

Многие рассчитывают на то, что сотни сверхприбыльных корпораций будут генерировать огромные объемы нового богатства, которое можно облагать налогом и перераспределять. При этом, игнорируется реальная динамика технологий, конкуренции и коммодитизации.

Итоги:

Наша цивилизация основана на «росте», бесконечном расширении потребления ресурсов, энергии и капитала, на постоянном расширении всего: рабочих мест, потребителей, кредитов и так далее. И это плохо.

То же самое касается искусственного интеллекта, система для реализации которого может стать чрезвычайно ресурсоемким и капиталоемким процессом. И здесь важную роль играет стоимость производства микросхем, а на работу энергозатратных процессоров нужно огромное количество энергии.

Природный капитал эксплуатируется и потребляется с такой скоростью, которая вполне может привести к уничтожению предметов первой необходимости, таких как зерно и пресная вода. И ни один робот или программное обеспечение искусственного интеллекта не восстановит истощенную почву.

Источник.