«Альтернатив я не вижу»

Пресс-конференция Валерии Гонтаревой
НБУ не стал снижать учетную ставку, оставив ее на уровне 14%. Об этом на пресс-конфренции рассказала глава регулятора Валерия Гонтерева. По ее словам, НБУ намерен несколько снизить темпы смягчения своей монетарной политики. То есть, текущий уровень учетный ставки Нацбанк вполне устраивает.

В регуляторе это мотивируют рисками, как политическими, так и экономическими, что угрожает его инфляционным целям. Из того, что понятно уже сейчас – плюс 1% к инфляции на следующий год добавит двукратное повышение минимальной зарплаты. На этот год в НБУ надеются выйти на годовой показатель инфляции в 12% и в 2017-м – на 8%.

Зачитав свой официальный доклад, глава НБУ ответила и на вопросы журналистов. Ей в этом помогали заместители: Олег Чурий и Дмитрий Сологуб.

«Минфин» выбрал самое интересное.

Вопрос: Совет НБУ в этом месяце должен утвердить основы денежно-кредитной политики Нацбанка. К концепции, представленной правлением, есть некоторые вопросы. В первую очередь – это то, что НБУ излишне концентрируется на инфляционных целях, не принимая во внимание рост экономики. Рассматриваете ли вы вариант с такой корректировкой своей политики?

Дмитрий Сологуб: Мы в своей работе руководствуемся законом о Национальном Банке. Он предусматривает, что главная наша цель – это ценовая и финансовая стабильность, а также поддержка экономического роста, но при условии, если это не угрожает ценовой стабильности. На основе этого мы еще в прошлом году разработали стратегию монетарной политики. Из нее исходят и наши предложения по денежно-кредитной политике на 2017 год в среднесрочной перспективе. Это соответствует и нашим договоренностям с МВФ. Иностранные инвесторы довольно четко об этом говорят.

Я не согласен с тем, что мы исключительно ориентированы на инфляцию. Политика НБУ в этом году доказала, что мы нацелены и на экономический рост. Потому что наши цели по инфляции соответствуют и росту, который мы уже видим в этом году. Это и снижение процентных ставок и оживление кредитования. Но это вопрос не только монетарных инструментов. Нужно решать структурные проблемы украинской экономики. Для этого нужны законы, которые должен принять парламент, который, тем не менее, не делает этого. Задание центробанка – создать устойчивый фундамент в виде ценовой стабильности, который будет содействовать (но не обеспечивать) экономическому росту.

Валерия Гонтарева: Могу добавить, что утверждать «основы» Совет НБУ будет 21 декабря. И я, как член Совета, до сегодняшнего дня не видела ни единого альтернативного предложения по существу. Все, что мы получали – скорее косметические изменения. Поэтому да, дискуссия есть. Но реальных альтернатив нашим предложениям нет. Перед тем, как думать о чем-то другом, мы должны в среднесрочной перспективе достичь 5% инфляции и только после этого работать с какими-то стимулирующими инструментами. Без ценовой стабильности у нас нет основ для роста. Поэтому кроме такого подхода на ближайшие год – три, альтернатив я не вижу.

— По данным правительства, повышение минимальной зарплаты повлечет за собой рост экономики. Согласен ли с таким мнением Нацбанк, и есть ли у вас свои прогнозы по ВВП на следующий год, скорректированные на повышение зарплаты?

Сологуб: Да, мы делали свои расчеты исходя из этого решения. Эффект на ВВП здесь тоже возможен. Мы оцениваем это влияние (оно будет положительным) примерно в полпроцента. Но это лишь один фактор, который влияет на рост экономики, поэтому мы не пересматривали наш прогноз только из-за этого, а будем следовать графику. Ближайшее обновление по ВВП мы опубликуем в январе следующего года.

— Когда вы ожидаете очередной транш от МВФ? Какие требования Украине нужно выполнить для его получения?

Гонтарева: Первое требование к нам – это бюджет. Но понятно, что это нужно не только МВФ, а и стране в целом, чтобы мы были с бюджетом в следующем году. В этом году транш мы уже не получим, но надеемся, что это случится в начале 2017-го. Когда это будет – январь, февраль – точно не могу сказать. Но что касается требований из сферы ответственности Нацбанка, то это рекапитализация 40 крупнейших банков. Это 96% нашей банковской системы. Для второй 20-ки банков до конца этого года мы должны выйти на положительное значение капитала.

— Повлияет ли задержка транша на инфляцию?

Гонтарева: Это скорее негативно повлияет на наш платежный баланс. Это в первую очередь скажется на курсе, и потом – на инфляции. Но наш базовый сценарий основан на дальнейшем сотрудничестве с МВФ и остальными нашими кредиторами.

— С 2017 года Фонд гарантирования вкладов будет выплачивать компенсации не только физлицам, но и физлицам-предпринимателям. Есть ли у Нацбанка ожидания по росту инфляции, на случай, если Фонду придется делать по этой категории вкладчиков крупные выплаты, учитывая, что таких людей около 2 млн, и они держат в банках около 13 млрд гривен?

Гонтарева: По поводу ФОПов мы не ожидаем какого-то влияния на инфляцию, потому что мы не ждем больших выплат от Фонда гарантирования в следующем году. У нас остаются банки, которые мы еще не проверили, но они очень маленькие. Это только 4% системы.

— Что означает денежно-промышленной политика Нацбанка, которая фигурирует среди предложений по основам монетарной политики? НБУ будет кредитовать какие-то отдельные предприятия и проекты? Или имеется в виду какой-то другой механизм?

Гонтарева: Нацбанк отвечает за денежно-кредитную политику, которая распространяется только на банковский сектор. В системе сейчас профицит гривны. Мы наблюдаем это уже второй год подряд и ожидаем, что тенденция сохранится и в 2017-м. Чтобы начать кредитование банкам не нужно обращаться в НБУ. Даже если у них есть какие-то проблемы с ликвидностью на конец года, они могут обратиться к нам за краткосрочным рефинансированием. Это автоматический инструмент. Но проблема и для банковского сектора, и для банков заключается в рисках. А это вопрос реформ правоохранительной и судебной систем, принятия закона о защите прав кредиторов.

Сологуб: Если смотреть со стороны предложения, то проблем с ресурсом у банков действительно нет. Но если оценивать по спросу, то основная проблема находится как раз здесь – банкиры жалуются, что сейчас у них не так много хороших клиентов, которые готовы брать кредиты. И это при том, что ставки снижаются. Речь действительно идет о структурных вещах. Нам часто говорят, что нужно финансировать инфраструктурные проекты. Но это же вопрос совершенно не к Национальному банку. Нужно, чтобы частные предприниматели сами были готовы вкладывать деньги.

Олег Чурий: По поводу ликвидности могу добавить, что по гривне излишки составляют 40 млрд гривен, в валюте – 4,5 млрд долларов. Эти ресурсы банки размечают на своих корсчетах за границей почти под ноль процентов. Хотя это те деньги, которые могли бы пойти на кредитование. И проблема не в высоких ставках, а в рисках. Без их устранения (что зависит не только от НБУ), мы не видим больших перспектив для возобновления кредитования.

— Вы говорили, что в ноябре предложение валюты превышало спрос за счет поступлений от экспорта. Сохранится ли такая тенденция до конца года? И каким вы видите соотношение между спросом и предложением валюты в начале следующего года?

Гонтарева: Если бы не политическая нестабильность, то в ноябре мы могли бы купить больше валюты, чем получилось. Но 14 ноября нам пришлось провести аукцион по продаже валюты, чтобы сгладить колебания.

Чурий: Мы надеемся, что в страну и дальше будут заходить существенные поступления от экспорта. С одной стороны экспорт пшеницы будет снижаться, но мы видим неплохой потенциал по кукурузе. Поэтому мы не ожидаем снижения темпов прихода в страну экспортной выручки в ближайшие месяцы. А с точки зрения спроса, то мы уже второй год подряд не видим больших потребностей в валюте со стороны нашего главного импортера газа – НАК Нафтогаз.

Сологуб: Хочу напомнить, что январь-февраль этого года были довольно турбулентными в плане показателей платежного баланса и валютного курса. Но тогда на ситуацию влияло несколько факторов. Основная причина была в проблемах с транзитом украинских товаров через Россию. Сейчас им уже практически нечего запрещать, в этом смысле особых потрясений мы не ждем.

— Как НБУ в условиях роста цен будет контролировать денежные агрегаты в системе? Вопрос или в увеличении денежной массы, или в ускорении обращения денег. Как Нацбанк будет действовать в этом смысле? И есть ли в этом какая-то необходимость?

Сологуб: Нашим основным таргетом является инфляция, основным инструментом – ключевая ставка. Поэтому динамика ключевой ставки в следующем году будет зависеть от достижения инфляционных ориентиров. Это значит, что монетарные агрегаты не являются промежуточными или конечными целями. Это вспомогательный ориентир. Мы наблюдаем за их динамикой, но не таргетируем определенного уровня. В этом году динамика денежных агрегатов приблизительно соответствовала нашим ожиданиям, в отличие от прошлого года. Тогда мы видели структурные изменения: как сокращается территория обращения гривны из-за ситуации с Донбассом, падает спрос на наличные деньги.

— Вопрос, который потенциально может повлиять на монетарную политику НБУ и сотрудничество с МВФ: что с проверкой по докапитализации ПриватБанка? Когда вы планируете ее закончить?

Гонтарева: Верификация продолжается. Но как я уже отметила, по 40 крупнейшим банкам вопрос капитала должен быть закрыт до конца этого года. По ПриватБанку тоже – проверка должна завершиться и решение должно быть принято.

 

Источник.


 

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий